Когда вся компания подходила к часовне, у них над головами пронеслась громадная стая черных птиц, а в траве, не смолкая, раздавались самые разные шорохи и шипение. Казалось, земля дрожит под ногами, а временами Алиса слышала, как трещат сухие ветки под чьими-то тяжелыми шагами.

Люцер теперь держал её за одну руку, а другой она опиралась на массивную палку.

– Уже совсем близко, - заметил Люцер.
– Когда мы придем, вы сможете отдохнуть.

– Я обязательно дойду, - сказала Алиса.
– Мне интересно, чем все это закончится.

– Вы непременно узнаете. В любом случае ваше присутствие необходимо.

– Победа или поражение? Живая или мертвая?

– Точно.

Над ними пронеслась сова и спросила:

– Кто?

– Я, - ответила Алиса.

Бингерн зарычал, и птицы замертво попадали на землю. Земля задрожала, ветер стал сильнее.

Наконец они добрались до часовни, и Бингерн впустил всех внутрь. Ярко горели свечи. Алиса разглядела низкий алтарь, а сквозь отверстие в потолке лунное сияние струилось прямо на пентаграмму, нарисованную на полу. У дальней стены стоял трон из красного камня, к нему и подвели Алису.

– Пожалуйста, отдыхайте!
– воскликнул Бингерн, и земля содрогнулась, потому что он стал ещё больше.

Потом он приказал всем остальным занять места на скамейках. Люцеру, Королю и Королеве он позволил остаться возле Алисы, а сам прошел в переднюю часть часовни и, задрав голову, обратился к кому-то невидимому, прячущемуся в темноте:

– Эй, ты там. Это Бингерн. Я знаю, что ты меня слышишь. Вот и хорошо. Сегодня - та самая ночь, но я хочу, чтобы ты знал: я все держу под контролем. Ты только зря теряешь время, если думаешь, будто можешь что-нибудь по этому поводу сделать. Мне известно, что ты мечтаешь до меня добраться, Юлеки, только ты опоздал. Я отнимаю у этой страны её силу вот уже много лет. Теперь тебе со мной не справиться. Одно короткое прикосновение - и мир, созданный мной, будет жить вечно.

– Алиса, - тихо проговорил Люцер.
– Я собираюсь разорвать цепи и бросить ему вызов - сейчас. У нас почти равные силы, но я потерплю поражение, потому что он более меня искушен в военном деле. Когда вам покажется, что я падаю в третий раз, призовите Юлеки. И выкрикните свое имя.

– А почему вы так же сильны, как это чудовище, в которое он превратился?
– спросила Алиса.

– Я забыл.

– ...А почему он более вас искушен в военном искусстве?

– Тоже забыл. Это не имеет значения.

– В таком случае зачем вам сражаться?

– Я должен задержать его до тех пор, пока луна не поднимется выше.

– Зачем?

– Не помню. Только знаю, что это нам поможет в борьбе с ним.

– ...Так вот, именно сегодняшней ночью, - затянул Бингерн, - мы собрались перед взором Юлеки и любого, кто пожелает посмотреть, и мы соединим узами брака повелителя этой страны и будущую повелительницу.

– Повелительницу?
– спросила Алиса.
– А где она?

– Это вы, - ответил Люцер, поднимая руки и разводя их в стороны. Он напрягся изо всех сил. на лбу у него появились капельки пота. Цепи лопнули, и он наклонился, чтобы заняться теми, что спутали его щиколотки.

Бингерн поднял дробовик. Алиса тут же прикрыла Люцера собой.

– Проклятье, леди! Убирайтесь! Не мешайте мне!
– крикнул Бингерн.

– Нет, - ответила Алиса.
– Здесь что-то не так, а я хочу, чтобы было как полагается.

– Вы все делаете неправильно!
– прорычал он. Люцер сбросил цепи и выпрямился в полный рост. Бингерн вздохнул.

– Ну хорошо. Придется ещё раз урегулировать наши отношения, - заявил он.

Люцер вышел на середину часовни, Бингерн отложил в сторону свой дробовик и двинулся ему навстречу.

Когда они встретились, небо разорвала ослепительная вспышка. А в следующее мгновение они уже катались по пентаграмме.

Дверь в часовню распахнулась, и Алиса увидела Белого Кролика. Он будто бы пробормотал: "Ах, Боже мой. Боже мой!", а потом уселся на одну из передних скамеек и стал наблюдать, как дерутся Люцер и Бингерн, как их кулаки крошат камень и кирпич или рассекают воздух, когда противникам не удавалось попасть друг в друга.

Вдруг Алиса почувствовала, что Кролик на неё смотрит. Он долго не сводил с неё глаз, пока они не округлились - узнал. Она кивнула.

Кролик поднялся и медленно пошел вдоль стены. Подойдя к трону, произнес:

– Алиса...

– Как поживает Мышь-Соня?
– спросила она.

– Сидит в чайнике. Как ты?

– О, время меня не очень пощадило. А твои-то как дела?

– Ты освободила меня, когда пела.

– Что? Как?

– Ты волшебница. Могла бы и сама уже догадаться. Я был рядом с Бармаглотом, когда ты и его освободила. Он там снаружи, надеется, что ему удастся сожрать Бингерна.

Кролик снова посмотрел на сражающихся Люцера и Бингерна.