«Таврик, помоги… прошу…»

Алель! Он ощутил структуру ее мыслей, глубоко запрятанный ужас и наркотическую слабость, наполняющую свинцовой тяжестью ее руки и ноги и затуманивающую мысли.

— Где ты? Кто…

«Они… они схватили меня сразу за пределами Уметры… одурманили меня зельем… вспомни то утро… белая башня, солдаты. Всадники…»

Но ее силы иссякли, он почувствовал, как распались на части ее мысли, и ее присутствие исчезло, а он очнулся от боли…

— Нет, стойте, он еще жив!

Прорвавшись через застилающий глаза туман, он узнал Командующего Мазарета, склонившегося над ним. Битва закончилась, были слышны лишь стоны раненых и крики умирающих. Таврик по-прежнему ощущал в плече невыносимую боль, а в голове был туман, но он поборол его, не позволяя себе снова впасть в забытье, и заговорил:

— Она здесь!

— Не утомляйся, — перебил Мазарет.

Послышались чьи-то шаги — это был Кодель.

— Кто здесь?

— Алель! — почти закричал Таврик. — Ее схватили, она здесь, в Седжинде. Мы должны спасти ее.

Мазарет с Коделем переглянулись, потом внимательно выслушали рассказ Таврика о его странном видении. Взгляд Командующего стал странно пристальным в том месте рассказа, где шла речь о голосе и запахах леса; командир Детей Охотника выслушал всю историю спокойно. Когда Таврик завершил свое повествование, Мазарет вскочил на ноги:

— Если ее похитители захотят уехать, они двинутся через северные или через восточные ворота. Я пошлю патрули и туда и туда, ни одна повозка или телега не пройдет без осмотра, обещаю. — Он коротко кивнул Коделю и поспешил вниз по ступеням, на ходу отдавая приказы.

— Отличный парень! — произнес Кодель. — Он совсем не удивился, когда узнал, что ты и твои последователи вырвались вперед. Даже моего друга Оружейника поразил твой порыв, хотя он, как и я, признал, что у тебя есть качества, необходимые хорошему полководцу: интуиция и везение.

— Кодель, — позвал Таврик, — что случилось с главой наемников, с Кролазом?

Кодель перегнулся куда-то через него и вытащил какой-то предмет. Это оказалась разодранная и окровавленная перчатка из змеиной кожи и кусок рукава с пауком.

— Я слышал, что ты ему предложил. Это было больше, чем он заслуживал. Жаль, что он сделал неверный выбор.

— Он не был похож на злодея, — взволнованно произнес Таврик. — Мне кажется, я почти полюбил его, хотя он и был моим врагом.

— Ничего удивительного, — ответил Кодель, холодно улыбаясь. — Враг никогда не предаст тебя, он может тебя только убить.

Солнце то скрывалось за тучами, то снова выходило, когда Мазарет покинул здание Главной башни. Первым человеком, которого он увидел, оказался Рал Яррам, поднимающийся по широким ступеням главной лестницы. Они встретились на середине.

— Командующий, — обратился Яррам, прижимая к сердцу ладонь правой руки, — хочу сообщить, что вражеское присутствие в городе больше не представляет опасности. Кроме тех, кого мы убили и захватили в плен, осталось не больше дюжины живых могонцев и горстка наемников, прячущихся по углам. Возможно, они постараются уйти из города под видом местных жителей или рохарканцев из деревни.

Мазарет указал на поднимающиеся во многих местах столбы дыма:

— Но, судя по всему, не все проблемы решены.

Рал кивнул:

— Толпа. С ней чрезвычайно тяжело иметь дело, особенно когда доходит до преследования уже поверженных врагов, а некоторые набрасываются и на наших, и на могонцев, не делая различий.

— Значит, шестнадцать лет правления дикарей принесли свои плоды, — произнес Мазарет, печально глядя на город. — Ты знаешь, что Седжинд был когда-то городом ткачей и мастеров гобелена, местом, где процветали науки и искусства?

— Мой дедушка родился здесь, — задумчиво ответил Яррам. — Я навещал его по два раза в год до самой его смерти, которая наступила где-то за год до вторжения.

Мазарет посмотрел на него с изумлением. «Должно быть, ему тяжело видеть, как низко пал знакомый ему город. Что бы я чувствовал, ступая по улицам Беш-Дарока после этих шестнадцати лет?»

Они оба помолчали, потом Яррам спросил:

— Когда прибудет подкрепление?

— Две сотни рыцарей Ордена должны приехать к ночи, еще сотня — перед восходом. Что до Детей Охотника, Кодель заверил меня, что сотня лучников будет в городе уже вечером, а остальные подтянутся в течение ночи. — Он внимательно посмотрел на Яррама. — Но даже если наши силы возрастут, могонцев все равно будет неизмеримо больше, и, когда они придут, битва предстоит кровавая и жестокая.