— Потом скала над нами обрушилась, — подхватил Мазарет. — На нас ничего не упало, но дорога оказалась засыпана.

— Шаман, — заявил Бардоу.

— Именно, — подтвердил Мазарет. — Мы помчались обратно к мосту, и я отправил своих людей искать другой путь, часть отправилась посмотреть, можно ли пройти дальше по этой дороге. А мы вернулись.

Бардоу вздохнул и запустил пальцы в жидкие волосы.

— Значит, можно считать, что девушку везут в Беш-Дарок? Что вы скажете, господин Кодель?

Бардоу заметил, как помрачнело лицо Мазарета, и слегка удивился, когда заметил, что Кодель некоторое время мнется, прежде чем ответить.

— Это их единственная цель. Слуги хотят заняться ей.

Повисла полная невысказанного ужаса тишина.

— Мы должны ее спасти! — воскликнул Таврик. Его лицо горело от переживаний. — Мы не можем позволить им…

— Мальчик, — начал Мазарет, — ты не знаешь, о чем говоришь…

— Мы должны их остановить! — закричал Таврик, на этот раз сердито. — Мы должны пойти на Беш-Дарок и захватить его!

Он схватил поводья, звякнувшие в его металлической руке, и со злостью посмотрел на Мазарета: Бардоу ощутил, как от этого взгляда у него по спине прошел холодок. Командующий собирался что-то сказать, но сдержался, за что Бардоу был ему очень признателен. Тут раздался спокойный, подчеркнуто сдержанный голос:

— Наследник прав. Мы должны напасть на Беш-Дарок и спасти девушку от Слуг. Выбора нет.

Кодель спокойно продолжал угощать свою лошадь кусочками хлеба и гладить ее по шее. Мазарет некоторое время сердито разглядывал его. Бардоу хотел сказать что-то, но тут Командующий вскипел:

— Мои поздравления, господин Кодель! Немедленно возвращайтесь к своим войскам. К несчастью, обеих наших армий будет недостаточно, чтобы захватить хотя бы одну из башен Беш-Дарока. Но возможно, все, чего требует ваша гордость, — славной гибели под его стенами!

Пока Мазарет бушевал, Кодель оставался неестественно спокойным и серьезно смотрел на него.

— Повторяю, мы должны захватить Беш-Дарок и спасти Алель из рук Слуг. Вы забыли разработанные нами планы и наше знание города. Мы сможем это сделать. Мы должны сделать это, потому что у нас нет выбора.

— Всегда есть выбор, — забормотал Бардоу.

— Я выбираю отказ, — объявил Мазарет.

— Но почему эта девушка так важна? — поинтересовался Медвин, поглядывая на Бардоу. — Командующий сказал мне, что она отличается исключительной силой, но стоит ли рисковать всем, чтобы спасти ее, пусть даже она и могучий маг?

— Медвин, есть еще кое-что, о чем ты не знаешь, — ответил Бардоу. — Кроме того что она удивительным способом использует Низшую Силу, она является прямым потомком Дома Тор-Каварилл.

Медвин побледнел:

— Во имя Матери…

— Есть и еще кое-что, — продолжал Бардоу. — Есть еще одна причина, по которой Слуги хотят заполучить именно ее, об этой причине, насколько я понимаю, знает только господин Кодель. Именно поэтому, Икарно, — повернулся он к Командующему, — Кодель прав.

Мазарет посмотрел на него с укоризной, и Бардоу заторопился объяснить. Он уже несколько оправился после битвы, но его сил все еще не хватало.

— Погоди, дай мне сказать. Есть одна тайна в правящих династиях Империи, прямые потомки Орозиады обладают большими способностями и потенциалом, — он с сожалением посмотрел на Таврика, — за редкими исключениями. Но всегда проводился тайный обряд, кровавый ритуал, совершающийся после коронации, который устанавливал прочную связь между новым Императором или Императрицей и Королевством Древа-Отца. Этот ритуал передавал Силу Корня новому правителю и устанавливал родственные связи между ним и всеми землями Империи.

Он помолчал, теребя обрывок плюща, потом кивнул самому себе и продолжил:

— Кровавый ритуал, включавший странный предмет — Семя Матери. Я никогда его не видел, но мой учитель Аргатиль описывал его как похожий на яйцо предмет около фута длиной, напоминающий по структуре дерево, но весом с хороший камень. — Он бросил взгляд на Коделя. — Не так ли?

— Мы знаем об этом гораздо меньше, за исключением того, что Семя не больше кулака мужчины.

Бардоу пожал плечами и повернулся к Мазарету:

— Враг взял на себя все хлопоты по похищению Алель, увозу ее из Седжинда. Если даже мы знаем кое-что о Семени, то Слуги, проведшие в Беш-Дароке последние шестнадцать лет, знают и подавно. Икарно, кто может сказать, что они хотят от Алель? Последствия в любом случае будут непоправимы. Мы должны попытаться спасти ее, совсем не обязательно захватывать Беш-Дарок целиком, но необходимо выполнить то, что должно. Мне страшно подумать о том, что может произойти, если мы будем бездействовать.

Мазарет стоял замерев, весь его гнев испарился. Он ощущал, что его плечи придавило огромной ношей, а внутри абсолютная пустота. Вспомнился животный страх перед хаосом и смертью, который он знал по многочисленным сражениям и поединкам. То, с чем он столкнулся сейчас, было гораздо хуже. Похоже, сама судьба привела его в это место в это время и заставляет теперь принять решение.