Ремингтон приник к стеклу. Она слышала в трубке его хриплое дыхание. На мгновение ее охватила жалость.

–  Майя Девлин.
– Ивен облизал губы, после чего на них появилась улыбка, широкая и безумная.
– Тебя сожгут! Сожгите ведьму!
– Ремингтон продолжал хихикать даже тогда, когда к нему устремился охранник.
– Ты будешь умирать, испуская жуткие вопли, а я буду следить за этим!

Охранник уволок Ивена, но Майя продолжала слышать дикий смех даже тогда, когда за ними захлопнулась дверь.

«Смех проклятого», - подумала она.

Сэм встречался со своим бухгалтером. Выручка увеличилась, но одновременно возросли и расходы, в том числе накладные. Впервые за тридцать лет «Мэджик-Инн» оказался на грани банкротства, но Сэм считал, что скоро все изменится. Он заключил на осень два договора и рассчитывал возместить часть потерь в период зимних каникул, традиционно считавшийся мертвым сезоном.

До тех пор он будет продолжать вкладывать в гостиницу собственные деньги.

Если через несколько недель гостиница и весь остров пойдут ко дну, это произойдет не из-за его недостаточной веры в свою правоту.

Проклятие, где ее носит? Неужели нельзя заняться каким-то дурацким шопингом после того, как их жизням, судьбам и будущему ничто не будет угрожать?

О господи, сколько пар обуви нужно женщине?

«Это всего лишь предлог, чтобы избавиться от меня, - думал он.
– Я сказал ей, что люблю ее, а она убежала как кролик. Возникли сложности, но она не захотела иметь с ними дело, удрала на материк и…»

Логан остановился и стал рассматривать собственную незаконченную подпись на лежавшем перед ним документе.

–  Дурак, - пробормотал он.

–  Простите, что?
– спросила секретарша.

–  Ничего.
– Он покачал головой и завершил подпись.
– Миссис Фарли, проверьте, пожалуйста, зимние брошюры. Я должен быть уверен, что исправления внесут до конца месяца. Завтра я хочу встретиться с менеджером по продажам. Найдите для этого время.

Она заглянула в календарь.

–  Ты свободен в одиннадцать и в два.

–  В одиннадцать. И отправьте служебную записку в административно-хозяйственный отдел… Давно в браке?

–  Ты хочешь знать, сколько лет состоит в браке начальник административно-хозяйственного отдела?

–  Нет, миссис Фарли. Не он, а вы.

–  В феврале исполнилось тридцать девять.

–  Тридцать девять… Как вам это удалось?

Миссис Фарли отложила блокнот и сняла очки.

–  Знаешь, это похоже на алкоголизм. Привыкаешь постепенно.

–  Это никогда не приходило мне в голову. Брак как пагубная привычка.

–  Так оно и есть. Кроме того, это работа, требующая внимания, сотрудничества и творчества.

–  Звучит не слишком романтично.

–  Нет ничего более романтичного, чем идти по жизни с тем, кого ты любишь. С тем, кто любит и понимает тебя. Разделяет с тобой ее приятные стороны. Детей, внуков, новый дом, заслуженное повышение. И неприятные тоже. Болезни, подгоревший обед, неудачно сложившийся рабочий день.

–  Есть люди, которые предпочитают справляться с приятными и неприятными сторонами жизни в одиночку.

–  Независимость - вещь замечательная. Мир был бы куда прочнее, если бы все умели управлять собственной жизнью. Но такое умение вовсе не означает отсутствие способности делиться с другими или чувствовать свою зависимость от них. Это и есть романтика.

–  Я никогда не замечал, чтобы мои родители делились друг с другом чем-то кроме любви к итальянской моде или ложе в опере.

–  Тем хуже для них. Некоторые люди просто не умеют говорить другим о своей любви.

–  Потому что иногда им отвечают отказом.

–  А иногда нет.
– В ее голосе прозвучала легкая досада.
– Некоторые ждут, что удача свалится на них сама. Они даже согласны немного поработать ради этого. Например, трясти дерево до тех пор, пока красное яблоко не упадет им на голову. Им и в голову не приходит, что на это проклятое дерево нужно залезть, пару раз упасть, набить несколько шишек и только потом сорвать плод. Потому что если яблоко стоит того, чтобы его хотели, оно стоит и того, чтобы ради него рискнуть шеей.

Она шумно выдохнула и встала.

–  Пойду печатать докладную записку.

Когда миссис Фарли вышла из кабинета и тщательно закрыла за собой дверь, Сэм глубоко задумался. Продиктовать записку он так и не успел.

–  Вот что бывает, когда я завожу разговор о браке, - вслух сказал он.
– Собственная секретарша готова откусить мне голову. Я умею лазить на деревья. Тысячу раз лазил.

Но в данную минуту он чувствовал себя так, словно висел, уцепившись кончиками пальцев за ненадежную ветку. А желанное красное яблоко все еще было далеко.