— Вася, дай ты ему как следует! Пусть знает наших! Пусть знает, как с Сырниковыми связываться!

— Вася, тебе ведь опять пятнадцать суток впаяют! Ты ведь только с прошлых вышел!

Не связывайся ты с ним!

— Вася, твою жену оскорбили, а ты молчишь..

Лола и Маркиз не собирались дожидаться окончания конфликта. Перескакивая через могилы и срезая дорогу, они бежали к выходу с кладбища, пока их сопровождающему было не до выполнения своих служебных обязанностей.

По дороге Лепя вытащил мобильник и дозвонился до Уха, так что когда они выбежали с территории кладбища, возле ворот их уже дожидалась скромная бежевая «девятка».

— Вы чего так несетесь, как будто за вами покойник гонится? — спросил Ухо, включая зажигание.

— Да примерно так оно и есть, — непонятно отозвался Маркиз, оглядываясь на ворота кладбища. — А что это ты на таком ржавом ведре приехал?

— Ну, Маркиз, на тебя не угодишь! — проворчал Ухо, выезжая на проспект. — То слишком заметная тачка, то наоборот слишком старая.., какая на улице стояла, на той и приехал! Хозяин, небось, уже бегает, ищет… ему-то она небось не казалась ржавым ведром!

— Ты потом-то ее обратно поставь, нехорошо постороннего человека попусту обижать.

— Само собой.

— Слушай, Леня, — вмешалась Лола в увлекательный мужской разговор. — Все хотела тебе сказать, да при посторонних не могла.

Знаешь, кого я встретила в этих… «Унылых воспоминаниях»?

— Да уж слышал, — усмехнулся Маркиз. Запала там на какого-то мачо.., слышал, как ты про него у клерка выспрашивала!

— Это ты ни одной юбки пропустить не можешь! — возмутилась Лола, и обиженно отвернулась. — Если так, то я тебе ничего не скажу!

— Ну Лолочка, не дуйся! — Маркиз заглянул ей в глаза, что было очень непросто. — Ну я пошутил! Ну скажи, кого ты там встретила!

— Ни за что не скажу! — продолжала капризничать Лола, но тут же, с типично женской непоследовательностью, выпалила:

— Мужчину с фотографий!

— Какого мужчину? С каких фотографий? переспросил Маркиз.

— То ты ужасно сообразительный, — ехидно проговорила Лола. — А то вдруг самых простых вещей не понимаешь! Того мужчину, который снят вместе с нашей учительницей музыки! С этой хитрой заказчицей!

— На фотографиях из тайника? — ахнул Маркиз.

— Наконец-то дошло!

— Что же ты мне сразу не сказала!

— Вот я сейчас тебе и говорю!

— Ну ничего себе! — Маркиз на некоторое время задумался, потом достал мобильник и набрал телефон Рудика Штейнмана, своего давнего знакомого, которого использовал, как справочник по городскому, и не только городскому бизнесу. Рудик когда-то, очень давно, занялся бизнесом, когда это еще считалось не достойным и уважаемым занятием, а уголовно наказуемым деянием. В тюрьму он, к счастью, не попал, но что-то в нем надломилось, и собственного дела он так и не завел, зато знал все о своих более удачливых коллегах.

— Рудик, — спросил Леня после взаимных приветствий. — Что ты знаешь о похоронном бизнесе?

— Ну что, бизнес как бизнес, — даже по телефону Леня почувствовал, что приятель недоуменно пожал плечами. — Довольно прибыльный.., не такой, конечно, как топливо или металл, но все же.., правда, криминальный. Так сложилось еще с советских времен.

Но вообще, если ты хочешь про это узнать подробнее, я тебя могу свести с одним человеком…

— Очень хочу! — обрадовался Леня. — А можно прямо сейчас?

— Попробуем, — неуверенно ответил Рудик. Подъезжай к зоопарку.

— Куда? — удивленно переспросил Маркиз.

— У меня что — плохая дикция? — обиделся Рудик. — К зоопарку! К зоосаду! Где звери живут! Теперь понятно?

— Понятно, — отозвался Леня. — Извини, я просто очень удивился. Не был там, наверное, лет двадцать, если не больше.

— Вот и побываешь, освежишь воспоминания. Только по дороге чаю купи, самого хорошего.

— Я никуда не поеду! — раздраженно заявила Лола, как только Маркиз спрятал телефон. — С меня на сегодня довольно! Сначала похоронное агентство, потом меня похищают…

— Это было не похищение! — перебил ее Леня. — Это был так называемый агрессивный маркетинг!

— Вот именно — агрессивный! Но мне от этого не было нисколько легче! Потом еще одно похоронное агентство.., потом кладбище.., я уже чувствую себя начинающим покойником!

— Покойницей, — с невинным видом поправил ее Маркиз.