— Думаю, не ошибусь, если предположу, что это кокаин, — разочарованно проговорил Леня. — Очень большая партия, стоит бешеных денег, но мы с тобой такими делами не занимаемся. И очень опасно, и аморально.

— Обидно! — протянула Лола. — А я-то мечтала, что мы найдем здесь сказочной красоты старинные драгоценности! Изумруды, рубины, бриллианты!

— Ну да, — поддержал ее Маркиз. — Бриллианты — лучшие друзья девушек! Впрочем, если бы здесь лежал чемодан с конвертируемой валютой — это тоже было бы неплохо.

А так — придется все оставить как есть…

— А что это за конверт? — поинтересовалась Лола, указав в правый угол тайника.

Действительно, незаметный на фоне белых пакетов с наркотиком, там лежал пакет из плотной белой бумаги.

— Разберемся дома, при более подходящем освещении, — проговорил Маркиз и собрался спрятать пакет за пазуху.

— Я до дома просто не доживу! — Лола нетерпеливо топнула ногой. — Открой конверт!

Сейчас же! Вдруг там что-то очень важное…

— Ну да, конверт пролежал в тайнике несколько лет, а подождать еще полчаса невозможно!

— Невозможно! — подтвердила Лола и ловко выхватила конверт у Лени.

— Подожди! — попытался он остановить свою подругу. — А вдруг там…

Закончить свою фразу он не успел: Лола уже надорвала конверт и вытащила из него небольшой листок. Направив на свою находку свет фонаря, она разочарованно проговорила:

— Ничего интересного! Одни цифры!

— Я же тебе говорил, — вздохнул Маркиз, забирая конверт. — Лучше отдадим этот листок заказчице, она знает, что с ним делать.

Он осторожно взялся за каменную плиту и толкнул ее вниз. От легкого толчка плита пришла в движение и с громким стуком встала на прежнее место. Могила выглядела, как прежде, трудно было поверить, что под этой плитой скрывается тайник с огромной партией наркотиков.

Обратный путь через кладбище показался гораздо короче, хотя Лола и не могла избавиться от разочарования.

— Нет, все-таки я зря мучилась, выслушивая трудную повесть жизни Софьи Сигизмундовны. И боже мой, как же я понимаю Вениамина! Она и за короткое время общения умудрилась довести меня до белого каления, а Веня живет с ней рядом уже много лет! Святой человек!

— Ты принимаешь в нем слишком большое участие, — ревниво заметил Маркиз.

— Я просто его жалею, — возразила Лола.

— Смотри не влюбись в этого недотепу! поддразнил Леня. — Говорят же, что от жалости до любви один шаг, причем маленький!

Он совершенно зря старался, Лола не обратила внимания на шпильку.

— Нужно было сразу напоить эту тещу кошачьим снотворным, — вздыхала она. — Тогда я осталась бы в неведении относительно ее сложных отношений с директором химчистки и сохранила бы множество нервных клеток…

— Что значит — напоить снотворным? встрепенулся Маркиз. — Ты что — брала его с собой?

— Угу, — невозмутимо ответила Лола, — на всякий случай. А потом решила — чего зря таскать? И хлопнула весь пузырек в этот ужасный вонючий настой! Ничего с этой коровой не случится — поспит побольше, а Венечка отдохнет.. Как думаешь, зачтется мне этот поступок как доброе дело?

«Сомневаюсь», — подумал Маркиз, но вслух ничего не сказал, чтобы не расстраивать Лолу.

Леня растолкал свою боевую подругу рано утром.

— Лолка, немедленно вставай!

— Что еще случилось? — привычно заныла Лола. — Пожар? Наводнение? Извержение вулкана?

— Какой еще вулкан? — рассердился Леня. Не прикидывайся! Вставай, дело зовет!

— А сколько времени? — Лола с закрытыми глазами искала на тумбочке свои часики.

— Время самое хорошее — половина девятого! — бодрым голосом известил Маркиз.

— Ты с ума сошел! — Лола от возмущения открыла глаза. — Будить меня в такую рань! И это после вчерашнего похода на кладбище!

— Ничего с тобой на кладбище не случилось, покойники не скушали! — Леня постепенно начинал накаляться, как всегда бывало, когда он пытался поднять свою подругу раньше десяти утра. — И между прочим трудовой люд уже часа полтора как заступил на смену и стоит у своих станков! Знаешь такую песню:

— Не спи, вставай кудря-явая, цеха звеня-ят! Страна встает со славою на встречу дня!