«Лир» прошел над началом взлетной полосы, и Халил посмотрел в иллюминатор как раз в тот момент, когда самолет приземлился. Вскоре самолет остановился, а через несколько минут подрулил к пустынной площадке авиации общего назначения.

Халил еще раз внимательно посмотрел в иллюминатор, поднялся с кресла, взял свой чемодан, подошел к кабине и опустился на колени позади кресел пилотов. Он оглядел площадку через лобовое стекло и заметил мужчину, который светящимся жезлом указывал пилотам место на стоянке прямо перед зданием.

Зарулив на стоянку, капитан Фиске заглушил двигатели и обратился к пассажиру:

— Вот мы и прибыли, мистер Перлеман. Вас надо отвезти куда-то?

— Нет, меня должны встречать.

«Хотя я и сам не знаю, кто», — подумал Халил, продолжая смотреть сквозь лобовое стекло.

Второй пилот, Санфорд, расстегнул ремни, поднялся с кресла, извинился и протиснулся мимо пассажира. Он открыл дверцу, и в самолет проник мягкий бриз. Санфорд спустился по трапу на землю, а Халил последовал за ним, готовый либо попрощаться, либо выстрелить второму пилоту в голову, в зависимости от того, что могло произойти в течение следующих нескольких секунд.

Капитан Фиске тоже выбрался из самолета, и трое мужчин остановились возле трапа.

— Я должен встретиться со своим коллегой в кафе, — сказал Халил.

— Понятно, сэр. Когда я был здесь последний раз, кафе находилось вон в том двухэтажном здании. Оно уже должно быть открыто.

Халил оглядел ангары и другие здания, еще погруженные в ранние утренние сумерки.

— Вон там, сэр, здание с окнами, — подсказал капитан.

— Да, я вижу. — Халил посмотрел на часы. — Мы поедем на машине в Бербанк, сколько это займет времени? — спросил он.

Оба пилота задумались, затем Терри Санфорд ответил:

— Аэропорт Бербанка всего в двенадцати милях на север отсюда, так что поездка на машине в такой ранний час займет минут двадцать, может, полчаса.

— Наверное, надо было лететь прямо туда, — сказал Халил, продолжая путать следы.

— Но там полеты разрешены только с семи утра.

— А-а, так вот почему мой коллега предложил мне приземлиться здесь.

— Да, сэр, наверное, поэтому.

На самом деле, Халил все это знал.

— Что ж, тогда спасибо за все и до свидания, — попрощался он с пилотами.

Пилоты ответили, что всегда будут рады видеть его на борту. Халил сомневался в их искренности, однако вручил каждому по сто долларов наличными со словами:

— В следующий раз я обращусь только к вам.

Пилоты поблагодарили мистера Перлемана и направились к открытому ангару.

Халил остался один на открытой площадке, он ждал, что вот-вот тишину разорвут крики и топот бегущих людей. Однако ничего такого не произошло, и это не удивило Халила. Он не чувствовал сейчас опасности, а вот присутствие Аллаха в лучах восходящего солнца чувствовал очень хорошо.

Халил неторопливо направился к стеклянному зданию, вошел внутрь, отыскал кафе и увидел за столиком мужчину. На нем были джинсы и синяя футболка с надписью «Лос-Анджелес таймс». Как и у Халила, у мужчины были семитские черты лица, да и возраста они были примерно одного. Асад Халил подошел к мужчине и спросил:

— Мистер Танненбаум?

Мужчина поднялся.

— Да. А вы мистер Перлеман?

Они пожали друг другу руки, и мужчина, назвавшийся Танненбаумом, спросил:

— Может, хотите кофе?

— Думаю, нам надо ехать, — ответил Халил и вышел из кафе.

Мужчина расплатился за кофе и догнал мистера Перлемана. Они вышли из здания и направились к стоянке. Мужчина, продолжавший говорить по-английски, спросил:

— Хорошо долетели?

— Если бы плохо, то разве я сейчас был бы здесь?

Мужчина замолчал. Он чувствовал, что шагавший рядом с ним человек не расположен к дружеской беседе.

— Вы уверены, что за вами не следили? — спросил Халил.

— Да, уверен. Я не замешан ни в чем, что могло бы вызывать у властей интерес ко мне.

Халил перешел на арабский.

— Вы и сейчас ни в чем не замешаны, мой друг.

— Да, конечно, извините, — ответил мужчина тоже по-арабски.

Они подошли к синему фургону в надписью на борту: «Служба доставки — гарантированная доставка по всему штату в день заказа или на следующий день».

Мужчина открыл дверцу и уселся за руль. Халил забрался на пассажирское сиденье и бросил взгляд назад в салон, где на полу лежало с десяток пакетов. Мужчина завел двигатель и сказал:

— Пожалуйста, пристегните ремень, иначе нас может остановить полиция.