— Ты что, ревнуешь?

— Вовсе нет.

— Был, но старый, лет пятидесяти, — со смехом ответила Кейт.

Вот так, приятно болтая, мы добрались до бульвара Уилшир. Кейт зарулила на огромную стоянку, располагавшуюся перед двадцатиэтажным белым офисным зданием, окруженным цветочными клумбами и пальмами.

— А тебе в Лос-Анджелесе приходилось иметь дело с ближневосточными террористами? — спросил я.

— Лично мне нет. Здесь они редко объявляются. Но по-моему, в отделении есть один специалист по Ближнему Востоку. Теперь будет еще два, — добавила Кейт.

— Да, точно. Тебя еще можно считать специалистом, а я ни черта не знаю о ближневосточном терроризме.

Кейт припарковала машину и заглушила двигатель.

— А местные считают, что ты крупный специалист. Ты же работаешь в Особом антитеррористическом соединении, в ближневосточном секторе.

— Ах да, я и забыл.

Мы выбрались из машины, вошли в здание и поднялись на лифте на шестнадцатый этаж, который целиком занимало отделение ФБР; еще несколько этажей оно делило с Департаментом юстиции.

Кейт встретили, как вернувшуюся блудную дочь. Сплошные объятия и поцелуи. Я отметил про себя, что Кейт рады видеть как женщины, так и мужчины. Мы прошлись по кабинетам, я пожал множество рук, а от улыбок начало даже болеть лицо. У меня создалось такое впечатление, что моя невеста демонстрирует меня своим коллегам. Хотя Кейт и не упоминала о нашей помолвке.

Со мной изъявил желание встретиться мистер Стерджис, специальный агент. Тот самый, с которым я позавчера разговаривал по телефону. Поэтому нас проводили к нему в кабинет.

При нашем появлении мистер Стерджис поднялся и вышел из-за стола. Мы обменялись рукопожатиями, и он попросил называть его Даг.

— Рад снова тебя видеть, Кейт, — обратился он к моей спутнице.

— Мне тоже приятно вернуться, — ответила Кейт.

Мне не понравились взгляды, которыми они обменялись. Возможно, у них когда-то был роман.

Стерджис предложил нам сесть, а когда мы сели, сказал мне:

— Именно таким я вас и представлял, когда разговаривал с вами по телефону.

— Я вас тоже.

Мы поговорили о наших делах, Стерджис старался быть вежливым, а мне не давала покоя мысль, что у него с Кейт могло что-то быть. Наверное, он уловил мое настроение, потому что поднялся из-за стола, давая понять, что наша встреча закончена.

— Еще раз спасибо вам за отличную работу. Не уверен, что мы обязательно схватим этого парня, но мы заставили его нервничать, и, думаю, больше неприятностей он нам не доставит.

— Я бы поостерегся так утверждать, — буркнул я.

— Понимаете, мистер Кори, загнанный в угол преступник готов на все. Но Асад Халил не обычный преступник. Все, что ему сейчас нужно, так это незаметно улизнуть из страны, не привлекая к себе внимания.

— Обычный или не обычный, но он преступник, а преступники совершают преступления.

— Хорошая мысль, — небрежным тоном бросил Стерджис. — Мы будем иметь это в виду.

У меня возникло желание послать этого идиота к чертовой матери, и, похоже, Стерджис догадался об этом.

— Если захочешь вернуться, всегда можешь рассчитывать на мою поддержку, — пообещал он Кейт.

— Большое спасибо, Даг. — Кейт протянула ему визитную карточку. — Здесь есть номер моего сотового телефона. Позвони, пожалуйста, если будет что-то новое. А мы с Джоном воспользуемся случаем и осмотрим местные достопримечательности. Джон первый раз в Лос-Анджелесе.

— Непременно позвоню.

Они пожали друг другу руки и попрощались, а я, направляясь к двери, забыл пожать руку Стерджису. Кейт догнала меня в коридоре и сделала выговор:

— Ты вел себя грубо.

— Вовсе нет.

— Грубо. Со всеми был таким очаровательным, а с начальством повел себя вызывающе.

— Не люблю начальство. Он надоел мне еще в тот раз, когда мы разговаривали по телефону.

Кейт оставила эту тему. Наверное, поняла, куда она может нас завести. Разумеется, я мог ошибаться по поводу прошлой любовной связи между Кейт и Стерджисом. А что, если не ошибаюсь? И Стерджис сейчас с улыбкой вспоминает о том, когда последний раз спал с Кейт? Пока мы шли по коридору, я подумал о том, что состояние влюбленности все же чревато различными неприятностями.

Заглянув в одну из комнат, Кейт сообщила мне:

— Рейс «Юнайтед флайт» двести четыре, вылетает из Лос-Анджелеса в двадцать три пятьдесят девять, в Вашингтон прибывает в девятнадцать сорок восемь. Нам заказаны два билета в бизнес-классе, в Вашингтоне нас встретят.

— И что дальше?

— Никаких указаний не было.

— Возможно, у меня будет время пожаловаться моему конгрессмену.

— На что ты хочешь пожаловаться?

— На то, что меня отвлекают от работы и тащат на какую-то дурацкую пресс-конференцию.