Лицо старины Теда было перемазано специальным гримом, на голове черная бандана, черные брюки, черная рубашка, черные кроссовки, массивный бронежилет.

— Ты не находишь, что рановато нарядился для Хэллоуина? — спросил я.

Тед ничего не ответил, но опустил ладонь на винтовку, лежавшую у него на коленях. Это была М-14 с инфракрасным прицелом. Точно такая, какую отказался одолжить мне Джин.

— Поговори со мной, Тедди, — попросил я. — Что случилось?

Он опять ничего не ответил. Возможно, его малость покоробило обращение «Тедди». Сунув руку за спину, он вытащил термос.

— Хотите кофе?

Этот мистер шпион уже начал выводить меня из себя.

— Тед, я понимаю, для тебя важно соблюдать вежливость, но я простой нью-йоркский коп, и у меня нет настроения выслушивать всю эту чепуху. Выкладывай, что хотел сказать, вызывай машину и увози нас отсюда.

— Ладно, — промолвил Тед. — Первым делом хочу поздравить вас с тем, что вы обо всем догадались.

— Мы догадались, а ты все знал, да?

Тед кивнул:

— Кое-что знал, но не все.

— Понятно. Кстати, ты проспорил мне десять долларов.

— Я включу их в твои командировочные расходы. — Он посмотрел на нас с Кейт. — Вы доставили нам массу неприятностей.

— Кому это «нам»?

Тед сразу не ответил, поднес к глазам бинокль и принялся оглядывать отдаленный лес.

— Я совершенно уверен, что Халил где-то здесь, — промолвил он, не отрываясь от своего занятия. — Вы согласны?

— Согласны. Можешь встать и помахать ему.

— Ты разговаривал с ним?

— Разговаривал. Сообщил ему твой домашний адрес.

К моему удивлению, Тед рассмеялся, а следующая его фраза удивила меня еще больше:

— Можешь не верить, но ты мне нравишься.

— Ты мне тоже, Тед. Мне только не нравится, когда ты что-то скрываешь.

Кейт поддержала меня.

— Тед, если ты знал, что происходит, то почему ничего не сказал? Ведь погибли люди.

Тед опустил бинокль и посмотрел на Кейт.

— Ладно, слушайте. Есть человек по имени Борис, бывший агент КГБ, работающий на ливийскую разведку. К счастью, он очень любит деньги, поэтому работает еще и на нас. — Задумавшись на секунду, он продолжил: — На самом деле он любит нас, а не ливийцев. Несколько лет назад Борис связался с нами и рассказал про молодого человека по имени Асад Халил, у которого семья погибла во время авианалета…

— Ничего себе, — на сдержался я. — Ты знал про Халила несколько лет назад?

— Да. Мы внимательно следили за его деятельностью. Было совершенно очевидно, что Халил — исключительный материал: храбрый, умный, решительный, у него веские мотивы… О его мотивах вы, разумеется, знаете.

Мы с Кейт молчали.

— Продолжать? — спросил Тед. — Может, вы не хотите все это слышать?

— Хотим, — заверил я Теда. — А что ты потребуешь в обмен?

— Ничего. Мне будет достаточно вашего слова, что вы об этом никому не расскажете.

— Продолжай.

— Ладно. Если Асада Халила схватят, то он попадет в руки ФБР. А мы этого не хотим. Он нам самим нужен. И мне требуется ваша помощь, вплоть до потери памяти в ходе официального следствия, чтобы Халил попал к нам.

— Послушай, Тед, возможно, тебя это и удивит, но мое влияние на ФБР и правительство несколько ограничено.

— Мои слова, Джон, тоже тебя удивят. ФБР и правительство слишком уж соблюдают законы. Ты помнишь дело о взрыве в Торговом центре? Преступников судили за убийство, организацию заговора и незаконное ношение оружия. Не за терроризм. В Америке нет закона против терроризма. И в любом судебном заседании правительству требуются заслуживающие доверия свидетели.

— Тед, у правительства имеются десятки свидетелей против Асада Халила и тонна улик.

— Верно. Но я думаю, что мы сможем заключить сделку в интересах национальной безопасности. То есть вернем Халила в Ливию в обмен на дипломатические уступки. И мне очень не хотелось бы, чтобы ты со своими высокими моральными принципами вмешивался в это дело.

— Тед, мои моральные принципы ниже табуретки, — заверил я Теда. — Но Асад Халил убил множество ни в чем не повинных людей.

— Ну и что? Что нам с ним сделать за это? Отправить до конца жизни в тюрьму? Разве мы этим поможем погибшим? Не лучше ли будет использовать Халила для чего-то гораздо более важного? Чего-то такого, что сможет по-настоящему ослабить международный терроризм?

Я понял, куда он клонит, но меня это не устраивало. Однако Теду хотелось убедить меня и Кейт, и он спросил:

— Знаете, почему мы хотим освободить Асада Халила и вернуть в Ливию?

Я поскреб пальцами подбородок.

— Дай подумать… для того, чтобы он отомстил Муамару Каддафи, ведь тот трахал его мать и убил отца.

— Совершенно верно. Разве это не превосходный план?

— Эй, я простой коп, поэтому, возможно, чего-то недопонимаю. Чтобы обработать и завербовать Халила, нужно, чтобы он некоторое время посидел у вас.