Мрачный Дуириниш вырос на границе голых холмов и широкой бурой пустоши… и унаследовал их общее свойство: полное отсутствие растительности.

Город стоял в излучине реки, окруженный стеной из кремня и черного гранита — ее возвели за двадцать поколений до того, как северные кланы превратились в настоящую угрозу. Извилистые мощеные улицы огибали приземистые строения, сходясь к центру города, к цитадели Альвис. Стены со стороны Ржавой пустыни поднимались отвесно на высоту в двести футов, а потом выгибались наружу. Да, негостеприимно встречал Дуириниш северян. Когда Кромис спустился в Нижний Лидейл, Большой Вечерний колокол возвестил седьмую смену караула на северной стене. Бледный туман цеплялся за гладь реки, а она, скользя вдоль стен, все ощупывала их бесчисленными пальцами волн.

Примерно в миле к югу от города, у каменного моста через Минфолин, встали лагерем молодцы Биркина Грифа.

Костры мерцали в сумерках, точно подмигивая. Между ними бродили люди. Отовсюду доносился смех и немузыкальное дребезжание посуды — там готовили ужин. Дозорных Биркин Гриф выставил прямо посреди моста. Прежде чем перейти на другой берег, Кромис подозвал ягнятника — тот распластался в вечернем небе, напоминая черный крест на сером поле.

— Устраивайся, — произнес Кромис, приподнимая плечо, как это делают сокольничие. — И не делай резких движений.

Копыта звучно цокали по мосту, высекая из кремня искры. Птица оттягивала руку, ее металлическое оперение то и дело вспыхивало в гаснущем зареве заката. Дозорные таращились на нежданных гостей, однако без лишних вопросов проводили Кромиса к Грифу. Тот праздно сидел у костра, посмеиваясь над какой-то шуткой, что неожиданно ему вспомнилась, и наслаждался сырой телячьей печенью, которую считал самым изысканным яством.

— Такая птичка с голоду не помрет, — заметил он. — Неспроста она у тебя.

Кромис спешился и поручил лошадь заботам часовых. Ноги и руки у него затекли от долгой скачки, а запахи походной кухни разбудили голод.

— Очень неспроста, — ответил он и приподнял птицу, словно побуждая ее слететь с руки. — Повтори-ка свое послание.

У Биркина Грифа глаза полезли на лоб.

— тегиус-Кромис из Вирикониума, — забубнила птица, — должен немедленно отправиться к башне Целлара, которую найдет…

— Довольно, — перебил Кромис. — Ну, Гриф?

— Вчера за нами увязалась целая стая точно таких пташек. Кружат, кружат, чуть ли не над головой, но низко не опускаются. Одну мы подбили. Представь себе, вся из металла. Мы бросили ее в реку. Странное дело. И будет очень неплохо, если ты мне про это расскажешь, пока ешь.

Кромис кивнул.

— Вряд ли они будут вас сегодня беспокоить. Очевидно, их задача выполнена.

Он позволил ягнятнику взлететь, потом, потирая руку, на которой тот сидел — когти наверняка оставили след, — уселся рядом с Грифом, получил кружку дистиллированного вина и позволил жидкости горячим сгустком провалиться в горло. Лагерь стих. Теперь стал слышен жалобный шорох ветра среди горных хребтов и вершин Монаров. У опор моста бормотал Милфолин. У огня было тепло, вино согревало изнутри, и Кромис почувствовал, как на него снисходит безмятежность.

— Так или иначе, придется сказать твоим людям, чтобы они больше не стреляли по этим птичкам, если они снова появятся, — произнес он. — У почтенного Целлара могут быть свои представления о возмещении ущерба.

Ягнятник, который тоже уселся у огня, кивнул головой, пристально глядя на людей горящим багровым глазом.

— Ты так и не нашел Тринора? — осведомился Гриф. — Да, как насчет кусочка печенки?

— Гриф, я уже забыл, какие у тебя мерзкие привычки. Нет, я не против, только сначала как следует ее прожарь.

Позже он показал Грифу кольцо Нипа и рассказал, как получил его от Метвет Ниан. Потом поведал о том, что случилось на Хлебной улице, и о нужде, которая обрушилась на Кэррон Бан. И наконец, — о появлении ягнятника в тумане на Круачане.

— И у тебя нет никакого желания следовать за этой птицей? — спросил Гриф.

— Что бы там ни думал этот Целлар из Лендалфута, если Вирикон падет — конец всему. Поражение Мойдарт — вот что для меня самое главное.

— «Все стало смутным и неясным, распалась связь вещей»… — задумчиво процитировал Гриф. — У этой головоломки не хватает нескольких кусочков. Боюсь, найдутся они слишком поздно, когда разгадка будет уже никому не нужна.

— Так или иначе, мы должны выступить против Мойдарт, пока она еще к этому не готова — пусть даже эту головоломку, как ты говоришь, собирать и собирать.

— Безусловно, — согласился Гриф. — Но подумай, Кромис: если падение Вирикониума — это только часть, что же тогда целое, как его измерить? Я видел сны о могучих древних силах, что ушли во тьму, и начинаю чувствовать страх.

Ягнятник покинул место у огня, подковылял к ним, чуть растопырил крылья и уставился на людей.

— Бойтесь Гетейт Чемозит, — проговорил он. — тегиус-Кромис из Вирикониума должен незамедлительно отправляться в башню Целлара, которая…