– Вы убили Гувера! Ведь именно Инвер Брасс приказала убить его!

– Откуда вы… Кто вам… – Он был не в состоянии произнести фразу до конца.

– Это неважно. Важно, что такое решение было принято и осуществлено. Вы без всякого суда и следствия вынесли человеку приговор и привели его в исполнение. Вы якобы имели на это право в отличие от остальных людей, господин посол? Так-то вы боретесь с ненавистным вам насилием?

– У нас были серьезные основания.

– Да, я знаю, вы считали его убийцей, до вас дошли слухи о так называемых «отрядах смерти». Но убийство – не выход из положения. Если вам что-то стало известно, вы должны были открыто заявить об этом. Все вы…

– Ничего бы из этого не вышло. Я уже говорил, что тому были причины.

– Вы имеете в виду другие причины?

– Да!

– Досье?

– О господи! Конечно, досье!

– Вы не можете так поступить! У вас есть необходимые доказательства, чтобы привлечь Гувера к суду. Пусть предстанет перед судом и выслушает приговор страны… Ведь есть же законы!

– Есть досье… Те, кто осмелится на какой-либо шаг, будут скомпрометированы… И сделают это те, кто предпочтет выжить, а не бороться…

– Значит, вы сами не лучше, чем он.

– Вы лучше, чем он, – спокойно сказал Ченселор.

– Всем сердцем и душой мы верили в то, что лучше! – воскликнул Сент-Клер, оправившись от шока и постепенно приходя в себя. – Я не могу поверить во все это. Оказывается, я не знал Варака, не понимал, что им руководило.

– Не надо так говорить о нем, – холодно заметил Питер. – Я презираю этого человека, но он отдал за вас жизнь. Это вы ввели его в заблуждение.

– Неправда! Никогда!

– Так было все время. Варак был тем самым Лонгвортом, который проник в здание ФРБ в ночь убийства Гувера. Он изъял досье и передал их вам.

– Да, досье от «А» до «L». Этого мы и не отрицали. Они были нами уничтожены.

Но досье от «М» до «Z» пропали, и до сих пор неизвестно, у кого они.

– Все не так! Варак действительно думал, что они пропали, а вас это устраивало.

– Вы сошли с ума, – прошептал Сент-Клер.

– В ту ночь вместе с Вараком были еще два человека. Один из них или оба очистили и подменили папки или сложили их вместе, а возможно, они просто солгали, что часть досье отсутствует. Дело обстояло именно так. Вы знали, что Варак не пойдет ни на какие компромиссы в вопросе о досье, поэтому решили его обмануть.

– О нет, вы ошибаетесь! – замотал головой Сент-Клер, и лицо его исказилось от мучительных переживаний. – Признаю, что ваша версия выглядит правдоподобно и даже остроумно, но в действительности все обстояло иначе.

– Оба этих человека исчезли. Их имена вымышленные, всего лишь прикрытие. Установить их личности невозможно.

– Так было сделано совсем по другой причине. Убрать Гувера было необходимо. Однако общественность не потерпела бы даже намека на еще одно политическое убийство. Воцарился бы хаос, что позволило бы дорваться к власти фанатикам, готовым отбросить все конституционные принципы. Мы не могли оставлять следы, поверьте мне.

– Вы все время лгали, лжете и теперь! Я не верю ни одному вашему слову. Вы меня не убедите.

– И все-таки надеюсь, мне это удастся, – после небольшой паузы задумчиво сказал Сент-Клер. – Сначала я попытаюсь объяснить вам, почему мы были вынуждены это сделать. Я вверяю в ваши руки мою жизнь, все, за что я боролся в течение пятидесяти лет…

– Сначала объясните, почему был убит Гувер, – резко прервал его Питер.

– Гувер превратился в настоящего властелина ФБР, а само бюро стало правительством в правительстве. Не существовало даже строгого порядка подчиненности должностных лиц. Бюро представляло собой организацию с аморфной, очень неопределенной структурой. И Гувер стремился сохранить такое положение. Он допускал серьезнейшие нарушения законности. Никто не знает, как далеко зашел бывший директор ФБР, но имеется достаточно доказательств, что он не останавливался и перед убийством. Известны случаи шантажа. Обо всем этом в Белом доме знали.

Уже одного этого достаточно, чтобы считать наше решение оправданным. Однако были и другие соображения, сделавшие его окончательным и бесповоротным. На базе ФБР возникла своеобразная организация, вернее, группа с весьма неопределенной субординацией. Вокруг Гувера сгруппировались порочные, беспринципные люди, которые всячески обхаживали его, льстили, делали вид, что боготворят. На самом же деле они преследовали одну-единственную цель – завладеть досье Гувера. Располагая ими, они получили бы возможность установить контроль над всей страной. Необходимо было убрать Гувера до того, как эти люди и директор бюро сумеют договориться. – Сент-Клер замолчал. Было заметно, что он устал и его терзают сомнения.

– Я не могу согласиться с вашими доводами, – сказал Питер, – но многое мне стало понятно. А теперь объясните, как вы собираетесь вверить мне дело всей вашей жизни.

– Я верю в способность человека в напряженнейшие моменты интуитивно чувствовать правду, какой бы она ни была. Сейчас такой момент наступил. Лишь двое во всем мире знали подробности убийства Гувера – человек, разработавший план покушения, и я. Один из двоих уже мертв. Он умер у вас на глазах. В живых остался только я, а план покушения – мой последний довод. Любая стратегия, разработанная человеком, несовершенна, всегда найдутся какие-то изъяны. Надо лишь знать, где их искать. Я расскажу вам, в чем состоял наш план, и это будет моя последняя попытка убедить вас. Раскрывая план, я не только вверяю вам свою судьбу, но и выношу на ваш суд дело всей моей жизни. И для меня не так важно, сколько мне осталось жить, как то, сумеете ли вы понять меня и правильно распорядиться полученными сведениями. Вы согласны? Вы позволите мне попытаться убедить вас?