Я узнал их: как-то я видел такие, когда ходил за грибами со Сьюки.

— Нет, — сказал я. — Ни в коем случае. Это «могильные колпачки», они очень опасны.

— Ты уверен? — разочарованно произнес Маленький Том.

— Да. Дай мне, я их выброшу.

— Ага, я знаю фокусы и почище.

Я не сразу понял, о чем он говорит.

— Нет, я не собираюсь их есть. Положи на пол.

Смерив меня подозрительным взглядом, он бросил грибы, я наступил на них и втоптал в грязь и солому.

— Тс-с! — внезапно шепнул Ричард, и мы все затихли, напрягая слух.

У стены сарая послышались как будто шаги, но за ними последовал тихий вой, и мальчики облегченно вздохнули.

— Собака, только и всего, — проговорил Ричард.

— Мы боимся Роджера, — объяснил мне Стивен. — Он часто так подкрадывается.

Стивен лег навзничь и накрылся соломой. Черв» две-три минуты он уже крепко спал.

Ричард взглянул на него:

— Ему дают больше работы, чем нам.

— Да, — подтвердил Маленький Том, — с ним обращаются так же, как с беднягой Дейви. Сегодня он пахал даже дольше, чем обычно.

Маленький Том отвернулся и начал готовиться ко сну.

— Пахота! — воскликнул я, обращаясь к Ричарду. — Но у него же не хватит сил управлять запряжкой!

— Запряжкой? — Ричард мрачно усмехнулся. — Посмотришь.

— И наказывают его куда чаще, чем любого из нас, — пробормотал Маленький Том.

— Да, — согласился Ричард. И тихо добавил: — Опять же, как беднягу Дейви.

— А ты ничего не можешь сделать? — спросил я.

— Что же?

— Рассказать об этом в письме твоим друзьям?

— В письме? — вскрикнул Ричард. — Да ты совсем зеленый. Мы не посылаем писем.

— И дома не бываете?

— Никогда. Плата покрывает и праздники тоже.

— И друзья вас не навещают?

— Наши друзья! Думаешь, если бы мы были кому-нибудь нужны, нас бы сюда послали?

— И убежать вы не можете?

— А куда? Если бы нам было куда приткнуться, если бы нас кто-нибудь ждал, разве находились бы мы здесь?

— Но ведь в любом другом месте вам было бы лучше?

— Отсюда не убежишь. Никому не удавалось.

— Словно подчеркивая его слова, оплывшая свеча погасла. Мальчики улеглись и приготовились ко сну, я последовал их примеру, накрывшись соломой. Она очень больно кололась, от пыли я задыхался и отплевывался. После завтрака в гостинице я съел только картофелину Пола, поэтому живот подвело от голода.

Почему мистер Степлайт отвез меня в это место, хотя неоднократно подчеркивал, что сэр Персевал заинтересован в моем благополучии? Возможно ли, что мистер Степлайт не понимал, какое это заведение? Не мог не понимать, он ведь разговаривал с Квиггом, видел Стивена и других мальчиков. В таком случае, он обманул сэра Персевала? Или — мысль куда более пугающая — баронет поступил бесчестно по отношению к моей матери и ко мне? Не объясняется ли это тем, о чем я уже спрашивал адвоката во время поездки: я больше баронету не нужен, поскольку он завладел кодициллом и собирается его уничтожить?

Я раздумывал, не найдется ли способ отправить матушке письмо, но решил, что зря ее огорчу: все равно она ничего не сможет сделать. Будь даже в ее власти забрать меня от Квигга, у нее не хватит денег, чтобы приехать и меня увезти.

Ясно было одно, необходимо бежать. И чем скорее, тем лучше, поскольку я видел, что я здесь сильнее всех, кроме трех старших мальчиков. Если же я буду работать и питаться, как остальные, силы мои день ото дня станут убывать. Наконец, утомленный пережитыми приключениями, я заснул.

На следующее утро нас разбудили ни свет ни заря Хэл с Роджером, которые вошли в сарай, размахивая направо и налево плетками. Они швырнули на землю стопку деревянных тарелок, из-за которых завязалась драка, потом налили в каждую из ведра по порции холодной овсянки, сваренной, а вернее, переваренной, как я понял позднее, накануне вечером, вместе с картошкой, и оставленной на ночь стыть. Сразу затем нас выгнали во двор и поделили на две бригады. Я попал в бригаду Хэла, и он повел меня и еще троих или четверых мальчиков со двора. Проходя через калитку на обширное поле, я заметил вблизи ряда поросших травой холмиков россыпь могильных колпачков и кучку свежевырытой земли. Хэл привел нас на отдаленное поле, где нам пришлось убирать камни, а затем из них же строить ограду. Стивен ушел с бригадой Роджера.

Работа была не такая изнурительная, как молотьба, и присмотр за нами не такой строгий, как накануне. Таская камни, я смог обдумать, как здесь добывают себе обед: то, что я видел вчера, повторялось, по словам мальчиков, изо дня в день. Это значило, что старшим мальчикам достается куда больше, чем справедливая доля, а маленькие — в особенности Стивен — получают крохи и только зря расходуют силы в потасовках. Мистер Силверлайт сказал бы, что существует лучший способ, подумал я, хотя мистер Пентекост это бы отрицал. И, конечно, прав был бы мистер Силверлайт.