Интеллигент кивнул, пряча улыбку, Маринка же посмотрела на него удивленно:

– Может, пойдешь и найдешь здесь сухие лиственные породы? Если ты так хорошо разбираешься в кострах, будешь костровым, не возражаешь?

Она сказала это мягко и с улыбкой, но Савельева это задело: он привык к тому, что девки смотрят ему в рот, а не назначают на должности. Едкая особа. Ничего, и не таких обламывали.

Однако ей пришлось согласиться, что готовить на его костре звездой гораздо удобней. Подгорелой пересоленной каши с отвратительной магазинной тушенкой едва бы хватило на двоих.

– Игорь, – Маринка подсела к своему спутнику, – можно я съем шоколадку? Каши немного осталось...

– Конечно, – он улыбнулся и полез в рюкзак.

Разумеется, в шоколаде они тоже ничего не понимали. Савельев презрительно глянул на молочную плитку, хмыкнул и ничего не сказал.

– «Мишка на севере»! – обрадовалась Маринка, – мой самый любимый, между прочим. Ты угадал, Медвежье Ухо.

Детский сад! Савельев покачал головой: медвежье ухо. Это кличка, что ли?

И, разумеется, пока она ела шоколадку, кашу над костром мешал интеллигент. Наверняка, он ее сам и варил – девушка, похоже, плотно сидела у него на шее.

– А что, мисок нет у вас? – поинтересовался Савельев как можно более нейтрально – ему совсем не хотелось прослыть брюзгой.

– Есть, – ответил Игорь, – только зачем их пачкать?

– А помыть некому? – шепотом спросил Савельев и показал глазами на Маринку.

Интеллигент вскинул глаза, качнул головой, ничего не ответил и предложил:

– Мы утром поели хорошо. Так что много мне не оставляй, ешь, сколько хочешь.

Савельев усмехнулся, взялся за ложку и попробовал отвратительное варево – работа в ресторане совершенно его избаловала.

– Чего горелая-то такая, – не удержался он, – и пересоленная.

Маринка глянула на него исподлобья.

– Не нравится – не ешь, – на этот раз интеллигент посмотрел на него со злостью, и, пожалуй, в этот момент стал похож на воспитателя из того же самого детского сада.

Да, ну и компания. Слова не скажи – все ранимые, с тонкой душевной организацией.

– Да ладно. Спасибо. Я никого не хотел обидеть... – улыбнулся Савельев. Он умел улыбаться. В конце концов, он и вправду был не прочь поесть горячего.

– Костровым тебя уже назначили, – примирительно ответил Игорь и подмигнул, – могут назначить и кашеваром.

Сам он хавал кашу с видимым удовольствием, и Савельев пожалел, что съел больше двух третей – он ведь и вправду поверил, что есть интеллигент не хочет.

– Может быть, вы мне расскажете про перелет-траву? – рискнул спросить он напрямую, когда Маринка разлила чай в кружки.

– Это сволочная тварь, которая тащит нас за собой, куда ей вздумается, – немедленно ответила она.

– А почему вы не пробуете ее изловить?

– Пробовали. Она не подпускает к себе близко, – она пожала плечами.

– А сеткой ловили?

– С сеткой ты к ней вообще не подойдешь.

– Все гораздо сложней, – вступил в разговор Игорь, – это не просто мыслящая субстанция, в этом в принципе нет никаких сомнений. Она – чувствующая. Иногда мне кажется, что она читает наши мысли. Она ведь не просто так нас куда-то ведет. Она что-то хочет нам сказать. Между прочим, она сразу показала нам твою машину.

– Да, только мы подозревали совсем другого... – начала Маринка, но Игорь вдруг показал ей пальцем на заклеенную пластырем ладонь, и она осеклась.

Так. Значит, что-то они все-таки скрывают. Ничего, придет время, и это можно будет выяснить.

– Я бы посоветовал тебе оставить сетку где-нибудь подальше, – продолжил Игорь как ни в чем не бывало, – она не сдвинется с места, если у кого-то из нас с собой будет эта штука.

– Да? Я бы сделал из ее поведения совсем другие выводы. Она боится сетки, значит, ее можно в нее поймать.

– Я думаю, если ты хоть раз попробуешь это сделать, ты больше никогда ее не увидишь. Я бы остерегся так рисковать. Ее... надо приручить, что ли? Я не могу этого объяснить, – он смешался.

– Ну и толку от ее приручения? Даже если она подлетит к тебе достаточно близко, ты все равно не сможешь ее удержать. Надо подумать, как взять сетку с собой, но так, чтобы она этого не заметила. Вы три ночи ходили за ней, подумайте!

– Я сказал Волоху и скажу тебе: я не буду брать с собой сетку, и не буду придумывать способов, как ее спрятать, – Игорь сжал зубы и слегка выставил подбородок вперед.

– Напрасно, – Савельев скривился.

– Послушай, Сережа, – вставила Маринка, – Игорь прав. Если кто-то из нас и может поймать перелет-траву, то только он. Он ее чувствует, понимаешь? А она чувствует его. У них телепатическая связь.