В душу Тины закралось смутное предположение. Она долго не могла сформулировать свою мысль, пока вдруг та внезапно не сложилась в короткий вопрос:

— Люди?

— Да. Земля — вторая планета, где жизнь уцелела более или менее. Раньше Земля была лишь небольшой колонией цивилизации Сейтхент. Как и планета Зидарая, которую сейты ныне считают своей колыбелью.

Услышанная новость шокировала Тину ещё более, чем факт встречи с пришельцем из другой реальности. Люди — всего лишь бывшая ничтожная колония древней цивилизации, искусственно созданной и канувшей в лету! Теперь стало понятным такое поразительное сходство в строении тела человека и сейта, в почти одинаковом наборе генных структур, в схожем устройстве общества. Цивилизации-близнецы! Расы, могущие смело называть друг друга братьями. Или сестрами — не имеет значения. Поразительно и… ужасно.

Пока Тина пыталась переварить новую, столь неожиданную информацию, женщина-фантом продолжила рассказывать:

— Можешь считать, что Кейси мы отпустили, дабы не уничтожать галактику в ответ на залп по Офелии. Она получила те же знания, что и ты, и обязательно расскажет о них, как только отойдет от комы, а случится это перед твоим возвращением. Чтобы выиграть время и не дать факту залпа обрести жизнь, мы через улей селесидов Сиил-шида связались с флотом людей и дали предупреждение. Свою миссию мы считаем завершенной.

Тина, всё ещё находясь в состоянии некоего ступора, спросила:

— Кейси, она погибнет, когда вы заберете энергию?

— Как ни печально, но да. Воздействие будет слишком интенсивным, и шансы выжить хоть кому-то в радиусе двухсот километров равны нулю.

Женщина чуть-чуть склонила голову набок, мгновение смотрела на Тину, а затем вздохнула и сказала:

— Хоть я и понимаю причины твоего чувства, это не вяжется с моей логикой. Ты опечалилась за Кейси и не хочешь её смерти, полностью отдавая отчёт в том, что на одной чаше весов она, а на другой — вся галактика с населяющей её жизнью. Я интерпретировала это чувство как желание обменять целую галактику лишь на одно единственное живое существо. Почему ваши эмоции столь разительно отличаются от вашего же здравого смысла? — задал первый и единственный вопрос пришелец.

Тина машинально пожала плечами и почему-то ответила фразой, которая даже не мелькнула у неё в сознании:

— Потому что мы другие.

Женщина-фантом кивнула, делая знак, что удовлетворена ответом девушки.

— Теперь возвращайтесь как можно скорее. Я больше не могу контролировать селесидов. На последок дам совет: не пытайся спасти напарницу Анжелику.

— Что ты имеешь в виду? — тут же резко вскинула голову Тина. В её голосе почувствовался вызов.

Женщина стала медленно удаляться, превращаясь сначала в светящийся силуэт, а потом в яркое пятно света.

— На основании множества факторов можно с большой точностью предсказать будущее. Вероятное будущее. Ты сказала, что вы другие, имея в виду разницу между людьми и тенями. Но и среди людей бывают другие.

Тина силилась найти смысл в словах пришельца, но не смогла этого сделать. Весь произошедший диалог был очень странен и непонятен, а последняя фраза и вовсе туманна. Но поразмышлять далее девушка не смогла, потому что свет в глазах внезапно погас, тело обмякло и потяжелело, словно удесятерилось в весе. Сначала Тине показалось, что лишилась зрения, и она стала слепо крутить головой по сторонам в надежде хоть что-нибудь увидеть, пока не поняла, что зрение в порядке, а находится она там же, где и раньше — в чреве «гриба»-пришельца, в хаотичном «гроте» со светящимися сводами.

Рядом стояли Симмонс и Даско и тоже ошалело вертели головами, показывая своё полное смятение. Наконец все трое взглянули друг на друга. «На мой вопрос Рой Симмонс и Шон Даско ответили так же, как и ты, Мартина», — отчетливо прозвучал знакомый голос в мозгу девушки.

Пол, если можно так назвать мясистую «почву» под ногами, мелко задрожал. Вспомнился совет возвращаться как можно скорее, и, поудобнее перехватив тяжелый лучемет, Тина развернулась и быстро пошла к выходу. За ней молча последовали спутники.

Чем ближе был выход, тем сильнее становилась дрожь, охватившая буквально всё. Не сговариваясь, бойцы перешли на бег, что довольно трудно даётся в тяжелых доспехах. Вскоре туннель, не имеющий ни одного разветвления, вывел их в огромную пещеру, где находился «гриб». Каменистая почва под ногами вибрировала гораздо слабее, но всё же достаточно заметно. Вокруг метались из стороны в сторону пауки-селесиды, явно обеспокоенные внезапным землетрясением и оттого не замечающие бегущих гуськом людей. Пауки пребывали в растерянности — ничем иным описать их хаотичные перемещения нельзя. Некоторые из них буквально влетали друг в друга на большой скорости и падали на землю от удара; другие начинали рыть своими мощными лапищами свод пещеры; третьи просто стояли, покачиваясь, либо неуклюже подпрыгивали, шипя и щёлкая челюстями.

Наконец бойцы выбежали в соседнюю пещеру, где возвышался монолит королевы селесидов. Тина включила фильтр визора и сразу же заметила тонкую нить, оставленную спецжидкостью-маркером. Дав знак следовавшим за спиной, она, максимально пригнувшись, запетляла в ту сторону, молясь, чтобы какой-нибудь паук не налетел и не раздавил никого из троих.

Внезапный скрежещущий крик прямо в центре головы чуть не сшиб Тину с ног.

«Людиии! Коварные людиии!»

Недоброе предчувствие ощутила девушка и постаралась прибавить скорости, но та уже являлась максимальной.