– Скажи мне прежде еще одну вещь.

– Какую?

– Что за воинские силы привели Люка к власти?

– Наемники.

– Далт?

– Да.

– Ясно. Люк прекратил вражду с Домом Амбера, – сказал я. – По доброй воле, после разговора с Виалой, пару дней назад. Тогда она и дала ему кольцо. Мы собирались в Арден, и я счел, что она хотела защитить Люка от Джулиана.

– Это был ответ на так называемый ультиматум Далта Люку и Ясре?

– Ага. Мне и в голову не приходило, что все подстроено, чтобы Далту с Люком объединиться и нанести удар. Вероятно, и само сражение было разыграно. Теперь я думаю, что Люк с Далтом успели переговорить заранее.

Рэндом поднял руку.

– Погоди! Расскажи-ка мне все с самого начала.

– Хорошо.

Я рассказал. К тому времени как я закончил, мы успели бессчетное количество раз пересечь мастерскую из угла в угол.

– Знаешь, – промолвил Рэндом наконец, – сдается мне, Ясра все это подстроила еще до того, как превратиться в мебель.

– Мне тоже так кажется, – сказал я, надеясь, что Рэндом не спросит, где она сейчас. Чем больше я размышлял, вспоминая нашу беседу после нападения на Цитадель Четырех Миров, тем больше убеждался: она не только знала, что с Люком, но и общалась с ним уже после меня.

– Ловко они все провернули, – заметил Рэндом. – Далт, похоже, действовал в соответствии со старым приказом. Он не знал наверняка, как выйти на Люка или на Ясру за новыми указаниями, и поэтому рискнул повести ложную атаку на Амбер. Бенедикт, с его умением и превосходящими силами, вполне мог снова стереть Далта в порошок.

– Верно. В смелости негодяю не откажешь. К тому же это означает, что Люк успел закрутить интригу и договориться о «сражении» во время их недолгой встречи в Ардене. Получается, он владел ситуацией и сумел внушить нам, будто находится в плену, а значит – Кашфе не грозит никакая беда. Если, конечно, считать его бедой.

– А чем же его еще считать?

– Ну, по твоим же словам, он не вполне самозванец. Что ты намерен делать?

Рэндом потер виски.

– Если я не позволю ему короноваться, то выставлю нас в довольно неприглядном свете, – сказал он. – Но прежде я хотел спросить… Говоришь, он – великий мастер морочить людям головы. Ты был при его разговоре с Виалой. Как он заручился ее покровительством? Не обманом ли?

– Нет, – отвечал я. – Он, похоже, удивился не меньше моего. Люк отрекся от вражды, потому что видел: честь удовлетворена, а он во многом был игрушкой своей матери, и еще из дружбы ко мне. Отрекся честно, без дураков. Я и сейчас думаю: она дала ему кольцо, чтобы положить конец распре и чтобы никто из нас его не преследовал.

– Очень на нее похоже, – сказал Рэндом. – Если б я думал, что он обманул Виалу, я бы с ним сам разделался. Значит, мои планы пошли прахом – что ж, такое я переживу. Я готовлю Арканса в короли – и в последнюю минуту его смещает протеже моей жены! Может возникнуть впечатление, что здесь, в центре, нет полного согласия – а мне бы не хотелось, чтоб такое впечатление возникло.

– Сдается мне, Люка удастся убедить. Я отлично его знаю – он способен понять такие нюансы. Думаю, Амберу будет очень легко вести с ним дела на любом уровне. Вряд ли он упрется.

– Еще бы. С чего бы ему упираться?

– Решительно не с чего, – сказал я. – Что теперь будет с договором?

Рэндом улыбнулся:

– Я свободен от всяких обязательств. Передача Эреньора всегда меня смущала. Теперь, если договор и будет заключен, мы возвращаемся к нему ab initio. [15] И вообще, не уверен, что нам это нужно. Ну их к чертям собачьим.

– Готов ручаться, Арканс еще жив.

– Думаешь, Люк держит его в заложниках, чтоб я не дал ему статуса внутри Золотого Круга?

Я пожал плечами:

– Насколько Арканс тебе дорог?

– Ну, я бедолагу в это втянул и считаю себя ответственным. Не настолько, впрочем, чтоб ломать из-за него копья.

– Вполне понятно.

– В такое время обращаться ко второсортной державе вроде Кашфы напрямую – только ронять наше достоинство.

– Верно, – кивнул я. – К тому же Люк пока еще не официальный глава государства.

– Если б не я, Арканс по-прежнему жил бы в своей усадьбе, а Люк, насколько я понимаю, твой товарищ – коварный, конечно, но все же товарищ.

– Упомянуть ему об этом на предстоящем обсуждении атомной скульптуры Тони Прайса?

Рэндом кивнул:

– Чувствую, такая возможность представится очень скоро. И вообще, тебе вполне прилично побывать у друга на коронации – как частному лицу, разумеется. Твое двойное наследие придется как нельзя кстати, а с другой стороны, мы окажем ему честь.