Теперь ее восторг не омрачали даже воспоминания о вчерашнем вечере. Виконт Уитлиф сделал ей предложение, а она ему отказала. Сегодня они скорее всего встретятся в последний раз, она никогда больше его не увидит. Но ведь она сама так решила. Тогда, летом, она не захотела ехать с ним, а вчера вечером отказалась выйти за него замуж. И ни о чем не жалеет. Получи она эти предложения еще раз, ответила бы тем же. Так что причин сетовать, хандрить или плакать нет – довольно уж всего этого было. Теперь она имела все основания гордиться собой: она его любит, но не пошла на поводу собственного чувства и не стала цепляться за мужчину любой ценой.

Ведь он-то ее не любит. Но это не имеет значения. Он симпатизирует ей. И этого довольно.

Он не сказал, когда его ждать. Поэтому Сюзанна, закончив сборы, спустилась в комнату для творчества, где мистер Аптон помогал девочкам с эскизами декораций к рождественским спектаклю и концерту. С ними была и мисс Томпсон – в большом белом переднике, словно сию минуту собиралась раскрашивать декорации.

– Мне говорили, – обратилась она к Сюзанне, отделяясь от группы девочек, – что преподавание в школе мисс Мартин – это не только передача знаний тихим, послушным школьницам. И вот я стараюсь выяснить, обладаю ли необходимыми способностями и внутренними резервами, чтобы дать больше. Подумать только! А ведь я сейчас могла жить в Линдси-Холле и сидеть там себе, мирно почитывая книгу!

Судя по виду мисс Томпсон, все происходящее здесь ей очень нравилось. Глаза у нее блестели, что, впрочем, с ней случалось нередко.

Сюзанна рассмеялась.

– Приготовления к рождественскому концерту – это всегда веселье, – сказала она, – и большой труд.

– Взгляните-ка, мисс Осборн! – окликнул ее мистер Аптон, жестом подзывая к столу, сплошь усеянному эскизами. Обычно он не бывал в школе по субботам, но теперь скорее всего до конца полугодия будет приходить и в выходные.

Едва Сюзанна успела сказать пару слов по поводу эскизов, как хор девичьих голосов привлек ее внимание к возникшему в дверях мистеру Киблу. Его взгляд был обращен к ней.

Должно быть, прибыл виконт Уитлиф.

Он действительно прибыл и ждал ее в передней. Сюзанна вышла к нему, держа в руке свой теплый серый плащ и завязывая на ходу ленты зеленого капора. Питер, одетый, как и в прошлый раз, в плащ с несколькими пелеринами, выглядел очень солидно.

– Здравствуйте, мисс Осборн, – поклонился он ей.

Однако несмотря на его обычную изящную небрежность в движениях и улыбке, Сюзанна заметила в его глазах какую-то настороженность.

– Здравствуйте, лорд Уитлиф, – ответила на приветствие она и тоже с опаской приблизилась к нему.

Между ними длинной тенью пролег вчерашний вечер.

Зато погода с утра не изменилась, даже, кажется, стало еще теплее. Сюзанна почувствовала это сразу, как только они вышли на улицу. С безоблачного неба ярко светило солнце, ветра не было. Что может быть лучше для последней встречи?..

– Не пойти ли нам в Сидней-Гарденз? – спросил виконт Уитлиф, предлагая Сюзанне руку. – Ноябрь, верно, не самое лучшее время для прогулок в парке, но там тихо и чувствуешь себя словно за городом.

Сюзанна подумала, что, несмотря на чудесную погоду, в парке они, наверное, будут почти одни.

– С удовольствием, – ответила она, и они двинулись по направлению к площади Сидней-плейс, через дорогу от которой располагался парк.

По пути они вспоминали лето, общих друзей и знакомых в Сомерсете, потом говорили о школе, о хлопотах, связанных с подготовкой рождественского концерта, на который в радостном предвкушении съезжалось множество гостей – родители, родственники, друзья девочек и учителей, а также высокопоставленные персоны Бата. Затем разговор перекинулся на сестер виконта Уитлифа, на их мужей и детей, а потом темой беседы стал окружавший их парк, в это время года пустынный, но все равно живописный и умиротворяющий, если бы не ватага из восьми человек, которую они встретили у входа. Впрочем, и они уже собирались уходить, так что Сюзанна с виконтом Уитлифом в самом деле оказались почти единственными посетителями.

Подходящая обстановка для расставания, раз уж этому суждено случиться, думала Сюзанна. Они оба пребывали в безмятежном и радостном настроении и понимали друг друга с полуслова. Ушла неуместная и неожиданная страсть, которая сыграла роковую роль в их последний день в Баркли-Корте. Вслед за страстью исчезло и смущение от вчерашней попытки виконта Уитлифа загладить перед Сюзанной свою вину. Сегодня ничто не мешало им болтать и смеяться, наслаждаясь обществом друг друга и редким для ноября погожим днем.

Именно такими, решила Сюзанна, она и сохранит в памяти их отношения. Не нужно слез. Они вместе провели чудесные две недели, и им было так же хорошо и легко, как сейчас, – за исключением первого и последнего дня в Баркли-Корте, конечно.

– Смотрите, лабиринт! – воскликнул виконт Уитлиф, когда они, поднявшись в гору по круто уходящей вверх тропе, увидели ровную, высокую изгородь. – Я знал, что где-то здесь есть лабиринт. Как по-вашему, найдем мы выход?

– А если не найдем и останемся там навсегда? – проговорила Сюзанна. – Вдруг мы, не сумев добраться до центра лабиринта или выбраться оттуда, останемся здесь, обреченные бродить кругами до конца своих дней?