— Потрясающая у тебя сестра, — сказала Серена.

Ванесса пожала плечами.

— Ага, — сказала она. — А я с этим мучаюсь. Все только и твердят: «Руби крутая, Руби то-се», а я на ее фоне серая мышка.

Серена рассмеялась:

— Я тебя отлично понимаю. У меня есть старший брат, он учится в Брауне, и все его обожают. Родители вечно трезвонят о его успехах. А тут я объявилась, и они до сих пор в непонятках: надо же, у них еще и дочь есть!

— Точно, — согласилась Ванесса.

Она не могла поверить, что сидит и ведет совершенно нормальный разговор с Сереной Ван дер Вудсен.

Руби принесла выпивку.

— Простите, подруги, мне пора на сцену, — сказала она.

— Удачи, — сказала Серена.

— Спасибо, дорогуша, — сказала Руби.

Она взяла чехол с гитарой и отправилась за кулисы.

Ванесса не верила своим ушам. Руби никогда и никого не звала дорогушей, разве что Тофу, своего попугая. Нет, Серена положительно умеет найти дорогу к сердцу любого. Ванесса чувствовала, что даже ей Серена начинает нравиться. Она взяла стакан и чокнулась с Сереной.

— За крутых девиц, — сказала она, понимая, что говорит, как лесби, — а, плевать.

Серена рассмеялась и опрокинула стопку в рот. Протерла глаза и сморгнула. В бар вошел унылый тип в смокинге с чужого плеча. Он притормозил в дверях и уставился на Серену так, будто увидел призрака.

— Слушай, это не твой приятель Дэн? — спросила Серена Ванессу, указывая на типа.

Дэн надел смокинг первый раз в жизни. Примерив его дома, он почувствовал себя вполне уверенно, но не настолько, чтобы отважиться на «Поцелуй в губы». И когда Дженни позволила ему свалить, он пошел в «Пятерку и десятицентовик» извиниться перед Ванессой за то, что нагрубил, услышав о ее выборе в пользу Марджори.

Он пытался убедить себя, что не так уж важно, увидит он еще хоть раз в жизни Серену Ван дер Вудсен или нет. В конце концов, жизнь хрупка и нелепа.

Жизнь и правда была нелепа. Серена сидела в баре. В этом самом баре. Девушка его мечты.

Дэн чувствовал себя Золушкой. Он сунул руки в карманы, чтобы унять их дрожь, и попытался обдумать свой следующий шаг. Он подойдет и небрежно предложит ей выпить. Жаль, слово «небрежно» подходило только к его костюму. Жаль, он не решился на смокинг от Армани.

— Привет, — сказал Дэн срывающимся голосом, подходя к столику.

— Что ты тут делаешь? — спросила Ванесса.

Ей не верилось, что все может быть настолько плохо. Неужели ей предстоит провести остаток вечера, глядя, как Дэн увивается за Сереной?

Мне очень жаль, дорогуша.

— Я решил забить на «Поцелуй в губы». Не мой стиль, — сказал Дэн.

— И не мой, — сказала Серена, улыбаясь Дэну так, как еще не улыбался никто.

Дэн схватился за спинку стула Ванессы, чтобы не упасть.

— Привет, — застенчиво сказал он.

— Ты наверняка помнишь Серену, — сказала Ванесса. — Она моя одноклассница.

— Привет, Дэн, — сказала Серена. — Классный смокинг.

Дэн покраснел и оглядел себя.

— Спасибо, — сказал он. И вновь поднял взгляд. — Твое платье… тоже… очень красивое, — запинаясь, выдавил он. Он и не подозревал, что его голос способен звучать так глупо.

— А как тебе моя футболка? — громко сказала Ванесса. — Сексуальнее не придумаешь, а?

Дэн уставился на футболку Ванессы. Обычная красная футболка. Ничего особенного.

— Она… новая? — непонимающе спросил он.

— Ладно, не парься, — вздохнула Ванесса, нетерпеливо болтая засахаренной вишенкой в стакане.

— Тащи себе стул, — сказала Серена, пододвигаясь. — Группа вот-вот начнет играть.

Нет, слухи определенно не имели под собой почвы. Серена вовсе не походила на озабоченную маньячку под кайфом. Она была изящной, совершенной и восхитительной, как дикий цветок, на который нет-нет да наткнешься в Центральном парке. Дэн хотел бы взять ее за руки и тихо говорить всю ночь до утра.

Он сел с ней рядом. Его руки так тряслись, что ему пришлось опуститься на них всем весом, чтобы унять. Он так хотел быть с ней.

Музыканты начали играть. Серена прикончила водку.

— Повторить? — немедленно спросил Дэн. Серена покачала головой.

— Пока хватит, — сказала она, откидываясь на стуле. — Давай просто послушаем музыку.

— Конечно, — сказал Дэн.

Он был готов делать что угодно, лишь бы быть рядом с ней.