Как только закончится этот идиотский банкет, он сбежит в парк, ляжет на солнце, обкурится и опрокинет пару стаканов. Лучшее лекарство.

Но сначала надо было уломать Блэр. Сделать так, чтобы она снова захотела быть с ним.

Вот и умница.

Вместо того чтобы сесть за свой стол, Блэр пошла по залу, выискивая Кати и Изабель.

— Блэр! Мы здесь! — крикнула Кати, хлопая по сиденью пустого стула рядом с собой. Их друзья и родители разошлись по залу, поддерживая светский разговор, и за столом больше никого не было.

— Держи, — сказала Изабель, протягивая Блэр бокал с шампанским и апельсиновым соком.

— Спасибо. — Блэр сделала глоток.

— Джереми Скотт Томпкинсон только что звал нас с собой в парк, — сказала Кати и хихикнула. — А он милый. Такой, в стиле отмороченных.

— Любопытное словечко!

Изабель повернулась к Блэр и зевнула:

— Ну и скука. За твоим столом то же самое?

— И не спрашивай, — сказала Блэр. — Угадай, кто сидит напротив меня?

Девушки фыркнули. Все было ясно без слов.

— Видела ее плакат? — сказала Изабель. Блэр кивнула и закатила глаза.

— И что бы это значило? — спросила Кати. — Ее пупок?

Блэр понятия не имела.

— Какая разница.

— Бесстыжая, — произнесла Изабель. — Мне ее даже жаль.

— И мне, — согласилась Кати.

— Вот еще, — рявкнула Блэр. Р-ррр.

Нейт вышел из туалета одновременно с Сереной. Они вместе прошли по коридору и вернулись за стол.

— Нейт, — начала Серена, расправляя новую замшевую юбку. — Объясни, пожалуйста, почему ты со мной больше не разговариваешь.

— Я не не разговариваю, — отозвался Нейт. — Видишь, я с тобой говорю.

— Нет, не вижу, — сказала Серена. Что случилось? Что не так? Блэр тебе про меня что-то наговорила?

Нейт инстинктивно сунул руку в карман, нащупывая фляжку с виски. Он смотрел в пол, избегая прекрасных печальных глаз Серены.

— Пора назад, — сказал он, ускоряя шаг.

— Хорошо, — произнесла Серена, медленно идя следом.

Она снова почувствовала во рту солоноватый привкус — привкус слез. Она столько дней их сдерживала, что теперь они нахлынули гигантской волной. Вот-вот она разрыдается и не сможет остановиться.

Когда Серена и Нейт вернулись на свои места, Чак понимающе ухмыльнулся. Его взгляд словно говорил: «Как перепихнулись?» Серене захотелось влепить ему пощечину.

Она заказала новую чашку кофе, положила четыре ложки сахара и принялась размешивать и размешивать, будто пытаясь протереть чашку, блюдце и даже пол насквозь, зарыться в древнюю гробницу фараона, где ее никто не увидит и где можно всласть нарыдаться.

Нейт заказал «Кровавую Мэри».

— До дна! — весело сказал Чак, чокаясь с Нейтом и делая большой глоток.

Блэр вернулась за стол. Она уже съела свою порцию крем-брюле И принялась за материну. На крем-брюле пошло множество куриных выкидышей, но Блэр было наплевать — вот именно, через минуту ее все равно вытошнит.

— Блэр, — мягко позвал Нейт, и Блэр со стуком выронила ложку. Он улыбнулся и наклонился к ней через стол. — Как аппетитно, — сказал он. — Угостишь меня?

Блэр нервно потянула руку к горлу. Сексуальный Нейт. Ее Нейт. Боже, как же ей хотелось быть с ним. Но она не собиралась сдаваться без боя. У нее есть гордость.

Блэр приняла надменный вид и передвинула тарелку ему под нос. Взяла свой бокал и прикончила его содержимое одним глотком.

— Доедай, если хочешь, — сказала она и встала. — Прошу прощения. — Она вновь зацокала каблуками в сторону туалета, чтобы сунуть два пальца в рот.

Как по-великосветски.

народ!

По-моему, S смотрелась в воскресном выпуске Times довольно мило. Хотя ее учителя вряд ли одобрят распитие мартини по будням. Честно говоря, я порядком устала от шумихи вокруг этой истории. Ну уж а ее плакат по всему городу меня просто достал. А вот вам она все не дает покоя.

Q: Привет, сплетница. Я ходил в галерею и вроде бы видел твой портрет, круто, твоя колонка тоже супер, рулит.

— Фанат

A: Дорогой Фанат!