– Долго я спала?

– Часов семь или восемь. Но поскольку ты легла очень рано, то вовсе не просрочила свое время.

Вот, возьми мясо и сушеные фрукты. Время ужина давно прошло.

Она взяла еду, задев в темноте Тирена. От этого прикосновения оба вздрогнули. Сердце девушки учащенно забилось. Стоило Тирену обнять ее, и Элайя забыла бы обо всем.

Но он отступил, улегся на свое место, завернулся в одеяло и тут же заснул.

Утром, наскоро перекусив, они тронулись в путь. Они поднимались все выше и выше, пока не почувствовали стеснение в груди и боль в ушах.

Хотя солнца не было, Элайя интуитивно поняла, когда наступил полдень. Но Тирен не останавливался, пока они не добрались до горного перевала, зажатого между утесами и продуваемого всеми ветрами. Там они долго стояли, глядя вперед. Перед ними простиралось плоскогорье, на котором возвышались мрачные зубчатые стены крепости.

– Фирокс! – задыхаясь, прошептала Элайя. – Наконец-то!

«Да, Фирокс, – злобно думал Тирен. – Скоро мы с тобой встретимся, и я отомщу за Дарлу». Образ прелестной голубоглазой блондинки возник перед его мысленным взором. Как долго он запрещал себе вспоминать о ней! Он сжал кулак при мысли о ее гибели.

– Фирокс! – Это имя звучало в его устах, как проклятие.

«Почему между ними такая вражда?» – размышляла Элайя. Она никогда не видела на его лице выражение такой ненависти и боли, и это напугало ее.

Девушка осторожно коснулась руки Тирена, желая отвлечь его от тяжелых мыслей.

– Тирен, нам пора в путь.

Еще с минуту Тирен взирал на замок. Затем, передернув плечами, пришпорил экуса.

С приближением к крепости, где Фирокс прятал украденный Магический кристалл, они поехали быстрее, спускаясь по крутым склонам. Вскоре им пришлось спешиться и повести экусов на поводу, ибо путь преграждали каменистые завалы. Через два часа они увидели крепость с более близкого расстояния. Она высилась на огромном утесе.

– Вот он, уже совсем близко, – выдохнула Элайя дрожащим от триумфа голосом, когда они лежали на земле и впивались глазами в открывшийся вид.

– Кристалл почти в наших руках! Как я мечтала об этом дне, но даже не смела надеяться, что увижу волшебный камень! Идем, нельзя терять ни минуты.

Тирен удивленно посмотрел на нее.

– Неужели ты собираешься спускаться, не рассмотрев хорошенько подступы к крепости?

– Именно так. Меня поведет кристалл.

– Ты обезумела? – разозлился он. – Мы едва избежали ловушек в проклятущем лесу. Уж не считаешь ли ты, что Фирокс меньше охраняет свое главное убежище? Позволь мне рассмотреть все пути, ведущие в крепость и из нее. Здесь должны быть безопасные подходы.

Элайя решительно покачала головой.

– Нет, Тирен. Надо идти именно сейчас, пока нас не заметили. Внезапность – наше преимущество. Кристалл зовет меня.

– Но ты ничего не понимаешь в военном деле! Как же ты смеешь брать на себя ответственность?

– Это моя миссия, а ты поклялся подчиняться мне!

В его глазах вспыхнул гнев:

– Но я уверен, что это безумие!

– И все же тебе придется подчиниться мне! Он холодно усмехнулся:

– Тогда поступай как знаешь. Я отказываюсь выполнять нелепые приказы.

– У тебя нет выбора – и ты знаешь об этом! Я могу заставить тебя идти.

– Попробуй, если у тебя хватит смелости.

И, повернувшись, он пошел прочь.

Девушка пришла в ярость. Как смеет Тирен бросать ей вызов? Он поклялся помогать ей, а теперь, когда крепость рядом, отказывается! Ведь ей не обойтись без Тирена – умелого и сильного.

Ее рука невольно потянулась к ключам, висевшим на шее. Может, воспользоваться ими? Но что, если это причинит ему боль или даже убьет его? Нет, это невозможно. Ошейник предназначен для управления ценным рабом, а не для его ликвидации.

Элайя сняла ключи с цепочки.

– В последний раз предупреждаю тебя, Тирен, – крикнула она. – Подчинись или вини себя за последствия.

Он даже не остановился.

– Тирен! – В ее вопле соединились злость и мольба.

Помедлив еще минуту, Элайя охваченная яростью и отчаянием, соединила ключи.

Сначала ей показалось, что ничего не изменилось. Но внезапно Тирен обернулся, и его лицо выразило удивление и боль. Небольшое подрагивание пальцев перешло в конвульсии, от которых содрогалось его тело. Тирен с глухим стоном упал на землю.

Элайю охватил ужас. Она не ожидала, что это вызовет такие мучения. Девушка попыталась разнять ключи, но у нее ничего не получалось.

Она внезапно поняла, что действие ошейника рассчитано на определенный период и произвольно прервать его ей не удастся. Осознав тщетность своих усилий, Элайя выронила ключи и бросилась к Тирену.

Он бился в судорогах, время от времени пытаясь подняться на ноги, но снова падал на землю.

Элайя опустилась на колени и хотела обнять его.

– Нет! – завопил Тирен. – Н-не… кас-сайся… ошейник… прикует тебя… ко мне!