Шрифт:
Но едва она повернулась, как тонкая лоза цветущего куста обмоталась вокруг ее ботинка. Девушка упала, и тут же почувствовала, что цветок медленно тянет ее к себе.
Как она ни старалась, ей не удавалось освободиться от опутавшей ее лозы. Цепляясь за влажную землю, Элайя пыталась удержаться на месте.
Однако девушку влекло все дальше и дальше. «Все пропало», – подумала она и, подняв голову, посмотрела вперед. Через несколько секунд этот страшный цветок поглотит ее. Между тем его сердцевина широко раскрылась, и оттуда стекала густая, вязкая жидкость.
– Тирен! – крикнула она из последних сил. – Тирен, помоги мне!
Он проснулся, вскочил на ноги и выхватил пистолет. Откуда исходит этот крик? Тирен поискал глазами Элайю, но ее не было.
Перед ним расстилался лес, мрачный и молчаливый. В какую сторону она ушла? Он прикрыл глаза и прислушался. Ватис говорил, что ему тоже доступно общение с кристаллом. Так пусть это произойдет сейчас, иначе Элайя погибнет. Секунды проходили мучительно медленно.
– Тирен! Помоги!
Тирен помчался на зов. Как она решилась идти в такой темноте?
До него донесся шум борьбы и приглушенный вопль. Безумная радость охватила Тирена. Элайя где-то там, впереди! Она жива!
Он увидел мерцание мягкого света на поляне и бросился вперед, не замечая веток, хлещущих его по лицу, и выбрался на поляну. Там, возле огромного поющего цветка, лежала Элайя, одна нога которой была опутана лозой этого страшного растения. Тирен поднял пистолет и выстрелил.
Издав ужасающий вопль, поющий цветок отпустил жертву и, сложив лепестки, исчез под землей.
Тирен поднял Элайю на руки и обнял ее.
– Элайя, – шептал он, – что с тобой? Она дрожала.
– Тирен, ты успел! Хвала кристаллу. Ты успел!
Он крепко прижал ее к себе. Неужели кристалл и в самом деле привел его к ней? А впрочем, какая разница? Главное, она спасена!
Элайя смущенно взглянула на него.
– Я… я могу идти сама.
Но Тирен, держа ее на руках, двинулся обратно. Вздохнув, Элайя прижалась к его груди.
Вскоре Тирен остановился и опустил ее на землю. Девушка огляделась и увидела, что они уже возле своего привала. Она подняла на него глаза, полные благодарности.
– Спасибо тебе, Тирен. – При воспоминании о пережитом ужасе она содрогнулась. – Что это за цветок?
– Его называют «кантаре», или поющий цветок. Как только несчастная жертва, загипнотизированная им, приближается, он хватает ее мощными щупальцами и заглатывает.
Элайя вздрогнула.
– А почему его песня привлекла именно меня? Тирен усмехнулся.
– Ватис спас меня от кантаре через несколько месяцев после того, как мы с ним прибыли на Карцер. А если человек слышал эту песню и все же спасся, цветок теряет свою власть над ним. Вот так мы избавились еще от одной опасности.
Девушка посмотрела на небо. Две луны чуть-чуть сдвинулись с места.
– Мое дежурство еще не закончилось. Почему бы тебе не поспать еще? После того, что случилось, я вряд ли засну.
Тирен лег и тут же забылся мертвым сном.
Потянулись томительные часы. Дежурство Элайи кончилось, но она не стала будить Тирена, ибо понимала, что он слишком измучен.
Холод пробирал ее до костей, и она дрожала. Ее охватило страстное желание забраться к Тирену под одеяло и согреться у него на груди, но она вспомнила о том, что произошло у них прошлой ночью, и едва подавила рыдание.
Впервые размышления о возложенной на нее миссии не утешали ее. Над честью и долгом возобладало страстное желание соединиться с Тиреном. Она провела всю ночь в мучительной борьбе с собой.
Тирен проснулся, когда занималась заря. Он рассердился, что Элайя заснула на дежурстве, но, повернувшись, увидел, что девушка вовсе не спит.
– Элайя! – воскликнул он. – Почему ты не разбудила меня?
– Ты слишком устал.
– Да ты же не сможешь ехать дальше!
– Не беспокойся, я справлюсь.
Они тронулись в путь полчаса спустя с прежней решимостью. Сон освежил Тирена, и он быстро обнаружил несколько новых ловушек.
Через несколько часов они подъехали к опушке. Элайя была счастлива, что лес наконец-то кончился.
– Тирен… – начала она.
Он обернулся, и в ту же секунду его экус угодил в западню.
Глава 8
Металлические когти взметнулись вверх, готовые вцепиться во всадника и животное. Элайя, осадив своего экуса, крикнула: