Она обхватила себя за плечи и медленно повернулась кругом, не отрывая взгляда от неба. Воздух был свежим, бодрящим и насыщенным запахом сосен, и она упивалась им, дыша полной грудью. Никогда еще она не радовалась так жизни, как в эту минуту. Прошлой ночью Бак коренным образом изменил ее жизнь. Она стала женщиной, и отныне жизнь ее потечет совершенно по другому руслу.

Она возвращалась назад, когда из-за угла навстречу ей вылетел Бак. На нем не было ничего, кроме кальсон, куртки и мокасин. При виде ее он замедлил шаг, провел рукой по волосам и остановился. Он смотрел на нее так, словно не ожидал ее здесь встретить, и сейчас, когда эта встреча все же состоялась, явно не знал, что ей сказать.

– Доброе утро, – весело проговорила она. – Ты спал так крепко, что я решила тебя не будить.

Бак перевел дух и приказал себе прекратить вести себя как дурак. Проснувшись и не увидев Анники, он запаниковал, уверенный, что она сбежала. Сейчас же, когда они оказались лицом к лицу и он понял, что она довольна им, собой и миром вокруг, ему было не вполне ясно, каких слов она от него ожидает.

Он продолжал хранить молчание, оставаясь настороже. Анника подошла к нему вплотную и взяла за руки.

– Бак?

На ее лице появилось выражение беспокойства, но, хотя это его и расстроило, ему не хотелось делать первый шаг. Он стоял, глядя на нее все так же не отрываясь, и молчал.

– Бак, ты жалеешь о том, что произошло прошлой ночью?

– А что? Ты-то сама как, жалеешь об этом?

Лицо Анники мгновенно просияло.

– Наоборот.

Она стиснула ему руки. Он опустил взгляд вниз на ее длинные изящные пальчики и нежно погладил тыльную поверхность нежной ладошки большим пальцем.

– Я этого не хотел.

– Я тоже. Но ведь это случилось. – Коснувшись пальцами его подбородка, она заставила Бака поднять голову. Их взгляды встретились. – Все было просто чудесно.

– Ты была девственницей, – проговорил он ровным голосом.

Анника нахмурилась.

– А ты думал, что это не так?

– Черт побери, я понял, что ты невинна, в первую же секунду, как увидел тебя.

– И что же из этого следует?

– А то, что теперь твой брат уж точно меня прикончит.

Анника рассмеялась и покачала головой.

– Не думаю. Мы все ему объясним, когда спустимся в долину.

Бак вырвал руки из сжимавших их пальчиков.

– Когда мы спустимся в долину? Что ты хочешь этим сказать?

Она пожала плечами.

– Ну, я думала, что… – На ее лице появилось смущенное выражение.

– Ты думала что?

– Я думала, что после прошлой ночи ты… естественно и я… – Явно сгорая от стыда, она отошла к нависшей над рекой небольшой скале. Бак последовал за ней. Положив руки ей на плечи, он заставил ее повернуться к нему лицом.

– Послушай меня, Анника. То, что произошло между нами прошлой ночью, было случайностью. Я не хочу сказать, что не испытал наслаждения в твоих объятиях, но было бы лучше, если бы этого вообще никогда не случилось. Мы принадлежим с тобой к разным мирам. Я, черт побери, знаю о твоей жизни так мало, что по мне ты с таким же успехом могла быть и из Китая.

На глаза у Анники навернулись слезы.

– Но ты мне нравишься, Бак.

– Настолько, что ты готова выйти за меня замуж и прожить здесь со мной всю жизнь?

Его вопрос лишил ее на мгновение дара речи. Разумеется, она выйдет за него замуж, но прожить в этом медвежьем углу всю жизнь?..

– Я так и думал. – Резко повернувшись, он быстро зашагал в сторону уборной.

– Бак, подожди!

Анника бросилась за ним, поскользнулась, едва не упала, но шага не замедлила. Добежав до него, она схватила его за рукав и заставила остановиться. Сильно запыхавшись, она тяжело дышала, не в силах произнести ни слова.

Он заговорил прежде, чем она отдышалась.

– Послушай, я не знаю, почему ты так повела себя прошлой ночью. Может, тебе всегда хотелось узнать, что это такое, но до сих пор в твоем распоряжении были одни лишь городские мальчики, слишком благовоспитанные, чтобы отважиться на подобный риск…

– Замолчи! – крикнула она, сознавая в глубине души, что он не так уж далек от истины.

– Я знаю, ты здесь не останешься. Скорее коровы научатся летать. Так что не успеет на перевале растаять снег, как ты пулей помчишься вниз.

– Бак, послушай…