Вдруг он почувствовал совсем рядом присутствие монолитовца, и хотел об это сказать но не успел.

Айдар сидел на корточках боком к проему, и по этому не успел заметить когда из черного провала вылезла окровавленная рука и ухватила его за рукав и сталкер с криком полетел в низ.

– Что за!?… - Курт сам бросился на помощь сталкеру и когда спрыгнул в них с пистолетом на готове, увидел как оживший монолитовец мертвой хваткой вцепился пальцами в матерю куртки Айдара, а тот в свою очередь что есть силы лупит его кулаком по голове.

– Айдар!
– Крикнул он и бросил ему свой пистолет. Поймать его на лету тот не смог, а просто подобрал с земли и несколькими выстрелами в бок заставил сектанта отпустить свой рукав.

– Мать вашу, чуть копыта не откинул, до сих пор мурашки по всему телу!
– Выглядел тот не самым лучшим образом, да его можно понять, - не всякий день тебя хватает за рукав мертвец с перебитыми шейными позвонками. Айдар сел на деревянные ступени лестницы и тяжело дыша попытался закурить, но не успел. В следующую секунду произошло то, от чего даже у Курта по спине пробежало крупное стадо мурашек, а разум заполнил ужас. Монолитовец теперь снова приподнялся на локте, так же схватил его за куртку, и свалил с лестницы прямо на свое тело. Сталкер от ужаса почти потерял способность к сопротивлению, и тупо взирал на залитое кровью, потемневшее лицо сектанта. Свободной рукой, той самой в которую угодило несколько пуль, он согнул в локте и ее прижал к своему лицу лицо Айдара.

Курт спрыгнул с лестницы, но опоздал на несколько мгновений, - монолитовец произнес короткую фразу на непонятном, мертвом языке, вибрирующим и очень густым голосом, и Курт увидел как и его и тело Айдара окутывает темный призрачный туман, который спустя мгновение растаял в воздухе а сектант бессильно откинул на землю голову и расслабил руку, которая теперь повисла плетью на шее Айдара. Последний что -то с ужасом закричал и принялся бить лбом в переносицу уже мертвого сектанта.

Он откинул его руку с шеи, подобрал пистолет Курта и если бы не сталкер, то все оставшиеся девять пуль выпустил бы в мертвое тело.

– Все, все!
– Курт прижал к себе вздрагивающего в бессильном и сухом плаче Айдара и знаком приказал скрыться показавшемуся в проеме Платонову.

– Успокойся!
– Крикнул сталкер и хорошенько встряхну напарника, а когда убедился что это не помогает легонько ударил его ладонью по щеке. Затем еще раз и сильнее. Но только после хорошего глотка спиртного он пришел в себя, перестал вздрагивать и плакать. Видимо он не отдавал отчета в происходящем кода был в этой короткой истерике, потому как теперь густо покраснел, и стесняясь своей слабости отвернулся и стал комком бинта стирать с лица кровь и слезы.

– Что? Что это было?
– Спросил он срывающимся голосом имея в виду тот темный туман.

– Это?… Это… Он передал тебе часть своей силы, темной силы, как это делаю перед смертью колдуны, целители и прочая шелуха. Но дело в том, что это к сожаление не шарлатан, а настоящий… монолитовец, который хранил в себе часть энергии Зоны.

– И что теперь?

– У тебя два выхода, - либо отбросить все лишнее и стать такими же сумасшедшими фанатиками как и они, либо ты в ближайшие несколько дней сойдешь с ума. Но ты не трусь, все не так страшно, - любой мало-мальски опытный шаман Зоны тебя спасет. Наверное.

Айдар сейчас после шока мало что понимал, да и это было к лучшему… Дальше им предстояло испытать такое, что и врагу не пожелаешь и в страшном сне не увидишь.

Курт высунул голову в проем, осведомился о положении сил противника, и получив нейтральный ответ приказал всем быстро спускаться.

Низу Милютин встал у стены и поминутно высовывал голову оценивая обстановку.

– И что у тебя за идея?
– Спросил Милютин закуривая и очень подозрительно смотря на сталкера.

– Помниться, вы Платонов, интересовались куда ведут эти норы карликов?

– Ну да… А что?
– Кажется профессор о чем - то догадался и заранее побледнел.

Курт изменился, - голос тал тверже, взгляд ледяным и вест его вид выражал отчаянную решимость. Сейчас он был именно таким, каким становился один на один с Зоной. Без малейшего налета обыденности.

– Жить все хотят? Все я спрашиваю?

Все разрознено но довольно решительно ответили «да».

– Ну вот и отлично, тогда за мной.
– Сказал он и спрыгнул игнорируя меленькую лестницу на нулевой этаж.

– Предупреждаю сразу, - выберемся может и все, карлики очень боятся галогенного света фонарей, - но врят-ли в здравом уме…

Спустя полтора часа четверо грязных и обезумевших сталкеров бухнулись их пролома в стене подвала на его бетонное покрытие заросшее колониями мягкой и безвредной плесени.

– Капитан! Капитан твою мать! Вставай!
– Он расправил затекшие руки и ноги которые ломило и шатаясь, стал приводить в чувство лежащего на плесени Милютина.