Энни Белински с ненавистью взглянула на Магоцци:

– Дешевый трюк, детектив.

Он даже не потрудился прикинуться, будто не понял.

– Разве вы их не видели, когда в прошлый раз заходили?

– Разумеется, видели. – Она сердито поджала тыквенно-оранжевые губы. – Только тогда они прямо на нас не смотрели.

– Желаете перевернуть доску, чтобы вам не пришлось их лицезреть?

Харлей Дэвидсон передвинулся крупной тушей на стуле, скрипнув кожей.

– Черт возьми, я желаю, чтобы вы сказали то, что хотели, и мы могли отсюда уйти, вернувшись к работе, к поискам убийцы.

Магоцци вздернул брови.

– Хорошо. Мы с вами в одной лодке. – Он оглядел всех по очереди, медленно, намеренно продлевая молчание, позволяя им думать все, что угодно. В зале стояла мертвая тишина. – Я сейчас изложу нашу точку зрения на события, после чего вы решите, отвечать или не отвечать на вопросы. Потом с этим решением будете жить.

– Как, и пальцы в тиски не будете зажимать? – язвительно уточнил Митч Кросс.

– Мы больше не пользуемся тисками, придурок, – рявкнул от двери Джино, гарантируя, что уже никогда не сыграет с Митчем Кроссом в боулинг. – Слишком долго.

Магоцци бросил на него предостерегающий взгляд и вновь обратился к остальным:

– Суть в том, что вы очень прочно связаны с этим делом, и чем дальше оно продвигается, тем чаще звучат тревожные звонки. Сначала мы думали, будто все просто. Какой-то ненормальный сыграл в вашу игру и счел очень забавным претворить ее в реальность. Потом выяснилось, что все вы не те, за кого себя выдаете, скрываете свое прошлое. Неизвестно, то ли беглые преступники, то ли прячущиеся жертвы, или то и другое одновременно. Возможно, на тех, кто вы есть на самом деле, объявлен по всей стране розыск. Может, вы разозлили каких-нибудь гангстеров…

Детектив перевел дух и через минуту продолжил:

– Теперь вот объявляете, что получаете сообщения, предположительно от убийцы. И если вы не видите связи между происходящим сегодня и той чертовщиной, из-за которой были вынуждены нырнуть в подполье десять лет назад, то с точки зрения объективного наблюдателя все, особенно Грейс Макбрайд, увязли тут так глубоко, что только слепой не увидит.

Родраннер нервно оглядел друзей. Сидевшая рядом с ним Энни Белински стиснула его руку пухлыми пальцами, то ли подбадривая, то ли предупреждая. Он сделал слишком глубокий вдох для такого тщедушного парня.

– Нам известно, – продолжал Магоцци, – что Грейс Макбрайд живет в крепости, держа под рукой арсенал, превышающий потребности воинской роты, и еще я знаю, что ее отпечатки содержатся в засекреченном файле незакрытого расследования ФБР.

Все на секунду замерли.

– Как вы это узнали? – требовательно спросил Харлей.

Грейс устремила на него ровный, холодный взгляд голубых глаз, маскирующий акробатическую работу мысли. Через секунду губы крепко сжались.

– Проклятие. Сотовый телефон… Раздобыли мои отпечатки…

Магоцци кивнул.

– В ФБР информация засекречена, и пока нам отказываются объяснить почему. Не догадываюсь, подозреваемая вы по делу или потерпевшая, но в целом это дурно попахивает. Вы уже поднялись до небес в нашем списке подозреваемых, и чем дольше будете скрывать сведения, которые могут оказаться полезными, тем выше взлетите.

Митч вдруг стремительно сорвался со стула, ошеломив всю компанию. Джино, выработавший за долгие годы условную реакцию на резкие движения потенциальных преступников, которые никогда не сулят ничего хорошего, сделал к нему от дверей три шага так быстро, что никто даже этого не заметил.

– Мы ничего не можем сказать! – крикнул Митч, и Магоцци мысленно отметил, что он сказал «не можем», а не «не хотим».

Джино застыл на месте, пристально наблюдая.

– Почему это?

Слишком тонкие для мужчины ноздри Митча раздувались, с силой втягивая воздух.

– Потому что, возможно, от этого зависит жизнь Грейс! – Он заморгал, вдруг смешавшись, а возможно, изумленный собственным криком.

– Сядь, Митч, – спокойно проговорила Грейс Макбрайд. – Пожалуйста.

Все на нее оглянулись, с удивлением слыша, как она заговорила. Митч, поколебавшись, опустился на стул, смахивая на побитую собаку.

– Грейс, не надо, – мягко проговорила Энни. – Нет необходимости. То совсем другое дело. Абсолютно не связано с тем, что сейчас происходит.

– Может, вам просто этого хочется? – тихо предположил Магоцци.

– Нет, черт возьми. – Харлей Дэвидсон взглянул на него и так сильно затряс головой, что конский хвост замотался из стороны в сторону. – Ни малейшей возможности.

– Согласен, – пробормотал в пол Родраннер, и Магоцци понял, что это почти предел дерзости для столь робкого мужчины.