– Плакса, Плакса, – бормотал Тобиас, – как я мог позволить тебе уговорить меня оставить тебя? Ты почти без сознания, дорогая. Потерпи.

Он вытащил кляп и, не останавливаясь, разрезал веревки на ее руках и ногах.

Перис не шевелилась, она так и лежала – раскинув руки и ноги и приоткрыв рот. На щеках алели рубцы. Запястья и лодыжки кровоточили.

– Конрад, ты следишь? – спросил Тобиас, даже не взглянув на того. – Помоги Перис.

Пришлось обрезать ее волосы. Осторожно, развязывая узлы, Тобиас освободил ее и от этих пут.

– Боюсь ее двигать, – сказал он. – Не знаю, что с ней делать. Побудь здесь, а я побегу за помощью.

Перис протянула руку и схватила его за рубашку.

– Нет, – прошептала она.

– Вынеси ее на руках, – сказал Конрад, не отрывая глаз от скрючившегося Сэма. – Она слишком напугана, чтобы оставаться с этим уродом.

Тобиас не спорил. Он поднял ее – она всхлипывала, когда он касался ран на ее теле, – и пошел к двери.

– Я отнесу ее к Мэри и оттуда вызову полицию.

– Давай, – сказал Конрад, – только побыстрее. Я все-таки художник, а не стрелок.

Нашептывая в ухо Перис всякую чепуху, Тобиас прошел через темную комнату и вышел на площадку.

Он не успел поставить ногу на верхнюю ступеньку лестницы, когда услышал приглушенный звук выстрела – он замер.

– Помогите! – закричал Конрад.

Выбора не было. Тобиас осторожно опустил Перис на пол и побежал обратно.

Конрад, стиснув пистолет в своей руке, показал на Сэма.

– Он подполз и кинулся на меня. – Глядя на прыгающий пистолет в своей руке, прибавил: – Он выстрелил.

Носком ботинка Тобиас пнул Сэма. Тот не пошевелился, не вскрикнул. Тобиас присел возле него, поискал пульс на шее и перевернул Сэма на спину.

Пульса и не могло быть.

Пуля сделала аккуратную дырочку в переносице, между его открытых глаз.

– Поторопитесь, молодой человек, – сказала Мэри. Она приобняла своей костлявой рукой дрожавшую Перис за плечи и хмуро посмотрела на Тобиаса. – Давайте сюда вещи и идите.

Свернувшись под теплым одеялом, лежа в кровати в отделанной розовым ситцем спальне Мэри, Перис смотрела, как подходит Тобиас. По его лицу она поняла, что никуда без нее он не уйдет.

– Вот что я нашел, – он протянул ей алый пушистый халат, о котором Перис и забыла, и пару зеленых шлепанцев. – Все мягкое и уютное.

Они оба похолодели, заслышав звук сирен.

– Они захотят поговорить с нами, – прошептала Перис, – а я не могу.

– Никто с тобой не будет говорить, пока ты не побываешь в больнице, – вставила Мэри, собирая губы куриной гузкой.

– Это верно, – ответил Тобиас. – Мэри, я бы хотел сам позаботиться о Перис, если она мне позволит.

– Ну, думаю, я не… – Мэри оборвала себя на середине фразы. – Да, я ведь и сама была когда-то молодой.

Тихонько постучали в дверь, и появилось лицо Джинны.

– Что-нибудь происходит? – спросила она. – Что случилось?

Перис почувствовала, как у нее оборвалось сердце. Тобиас сел рядом с ней на кровать, взял ее руку и слегка сжал.

– Ты, – Перис закашлялась, – ты рано вернулась.

Джинна подошла к кровати и нахмурилась, увидев ссадины на лице Перис.

– Что-то… Кто-то тебя ранил? – Она съежилась. – О, нет! У меня ужасное предчувствие. Знаешь, как это иногда со мной бывает?

– Да, – Перис знала. Она знала также, как тяжело будет Джинне пережить то, что ее ожидает.

К Джинне подошла Мэри.

– Ты сильная девочка, – сказала она. – Ты все поймешь и переживешь. Мы поможем тебе, правда, Перис?

Перис посмотрела в чудесные глаза Джинны и увидела, как ее настороженность сменяется ужасом.

– Джинна, Мэри права. Мы с тобой, – ее собственный страх померк. Ведь ее мужчина жив, и она-то оправится после сегодняшней ночи.

– Сэм, – сказала Джинна, озираясь. – Ведь это Сэм, да?

– Он… он хотел убить Тобиаса, изнасиловать и убить меня. Побудь с нами, – сказала Перис.

– Останься, – присоединился и Тобиас.

– Где он?

Мэри взяла руки Джинны в свои.

– Выпьем чаю. Нет. Бокал шерри – вот что тебе надо.

– Перис, – сказала Джинна, не слушая Тобиаса и Мэри. – Ты ранена. Кто-то ранил тебя.

Перис отвела взгляд.

– Это Сэм ранил тебя? – прошептала Джинна. Не получив ответа, она продолжала:

– Скажи, где он? Он уехал? Бросил меня? – От слез, текущих из закрытых глаз, у Перис защипали ссадины на лице.