– И что ты шастаешь взад-вперед? – гундела она, набычившись, как вредный малыш в песочнице. – Только что вышла ведь и вдруг обратно тут. Вот как зашла – так и выходи.

– Я через морг зашла, - оправдывалась я с виноватым видом. – Кошелек забыла. Не хотела вас беспокоить.

– Вот и не беспокой. Иди через морг.

– Я пыталась. Но там труп привезли, у двери поставили, не отодвинуть и не обойти. А санитар ушел куда-то.

Минут через пять она все-таки сдалась и открыла дверь. Делов-то – две минуты. Но как же не показать власть!

Обойдя больницу, я села в “Ауди”. Петя устроился за рулем, Антон рядом. Они уже успели освободиться от маскарада. Корнилов, которому дали панамку-“идиотку”, чтобы прикрыть повязку, сидел на заднем сидении и часто, как овчарка на жаре, дышал приоткрытым ртом – наверстывал упущенное за время нахождения в образе трупа.

– Все в порядке, солнышко? – спросил Антон. – Тогда поехали.

По тому, с какой интонацией он произнес это “солнышко” и какую гримасу скорячил при этом Герострат, я поняла, что битва гигантов началась.

Петя резко взял с места, и уже очень скоро мы оказались на Выборгском шоссе.

О том, что происходило в это время в больнице, нам стало известно гораздо позже.

Менты все-таки позвонили начальству. Им велено было остаться в больнице до утра, пока не прибудет подмена. Старший расположился на диванчике в холле второго этажа, неподалеку от реанимации, младший прикорнул на стульях у бывшей Корниловской палаты.

Где-то ближе к утру мордатый решил поинтересоваться состоянием своего подопечного. Он долго колотился в стеклянную дверь, не заметив кнопки звонка, поэтому вышедшая на стук сестра была весьма недовольна и разговаривать нерасположена.

– Кто? Корнилов? Нет у нас такого.

– А где? – оторопел грозный страж.

– Умер. В морге ищите.

Отзвонившись начальству и получив “добро” на уход, он поднялся на третий этаж за своим товарищем. И тут случилось нечто странное.

К палате подошла худощавая темноволосая медсестра (не Даша!) и сказала, что должна сделать укол больному Корнилову. Узнав, что больной Корнилов скончался, она как-то слишком явно обрадовалась. Менты насторожились, и тут из ординаторской выпорхнула изрядно помятая и потрепанная Даша.

– Вы кто? – вполне резонно поинтересовалась она у коллеги.

– Вас не было, и меня попросили сделать укол, - нахально ответила та.

– Корнилову инъекции делают два раза в день, - возразила Даша.
– Кто назначил дополнительную?

– Дежурный врач.

Тут, как в водевиле, из ординаторской вышел не менее помятый и потрепанный дежурный врач.

– Владик, ты что назначил Корнилову? – поинтересовалась Даша.

– Ничего, - удивился тот.

Лжемедсестра попыталась улизнуть, но менты не позволили. Когда выяснилась вся история: с еще одной подозрительной медсестрой (“Я никого ни о чем не просила!”), с реанимацией и моргом, Даша и дежурный врач хором завопили:

– Что за фигня?

Позвонили в реанимацию.

– Парень уже умер и до нас не доехал, - ответили там. – Так что ничего не знаем, звоните в морг.

В морге санитар Алик подтвердил, что некий труп без сопроводительных бумаг прибыл, привезли его какой-то бритый бугай и медсестра по имени Маша. И что труп очень странный.

Дежурный, Даша и один из ментов понеслись в морг. Встретил их Алик, впавший в состояние прострации.

– Он ушел, - твердил несчастный санитар, улыбаясь, как блаженный. – Встал и ушел. Осталась одна каталка. Я так и думал, что он живой, а эти мне доказывали, что нет. Я так и думал, что не может труп шевелиться и дышать.

Тем временем, таинственная девица брызнула из баллончика в лицо второму милиционеру и беспрепятственно смылась. На лестнице нашли маленькую черную сумочку, а в ней – паспорт на имя Дианы Алексеевны Каретниковой.

* * *

– Ну как, ничего не хочешь рассказать? – спросила я, не глядя на Корнилова.

Антон молчал, смотрел вперед, и я все кожей чувствовала исходящее от него напряжение. Петя что-то мурлыкал себе под нос, лихо вписывался в повороты, обгонял редкие машины. Но я знала, что и он напряжен не меньше. А причина этого тягостного чувства располагалась за их спинами, натянув на нос джинсовую “идиотку”. И отвечать на вопросы, похоже, не собиралась.

Мы уже проехали Сестрорецк, когда Андрей вдруг дотронулся до моей руки и прошептал:

– Алечка, спасибо!

Я вздрогнула и отдернула руку.

– Почти не за что.

Он посмотрел на меня умоляюще, но я отвернулась. Смотри, смотри! Неужели я могла ловиться на этот собачий взгляд с поволокой?!

– Молодой человек, Алла задала вам вопрос. Мы тоже хотели бы знать, чем вы занимались все эти дни, - вежливо, но с металлом в голосе поинтересовался Антон. – В частности, как вы оказались около ее дома?