– Нет.

Чтобы обернуться, Прокейну пришлось отстегнуть ремень.

– Они не убивали Франна?

– Они не могли этого сделать, – ответил я.

– Почему?

– Его убили незадолго до того, как я вышел из отеля. Когда я позвонил Дилу, он был дома. Вместе с Оллером. Жил он в Бруклине. Они не успели бы убить Франна и добраться до Бруклина.

– У них был мотив для убийства.

– Возможно, но я думаю, они предпочли бы взять его в долю, а не убивать.

– Так кто же убил Франна?

– Этого я не знаю. Вы?

Брови Прокейна удивленно поползли вверх.

– Нет, я его не убивал, – ответил он после короткого молчания.

– Тогда я не знаю, кто это сделал.

– А кто убил взломщика сейфов?

– Пескоу?

– Да.

– Они.

– Оллер и Дил?

– Да.

– Опять догадка?

– Не совсем.

– Объясните.

– Портье в отеле, где жил Пескоу, сказал мне, что перед тем, как тот выпал из окна, он видел двух мужчин, поднявшихся на лифте.

– Оллера и Дила?

Я покачал головой.

– Он не запомнил, как они выглядели. Но обратил внимание на одно обстоятельство.

– Какое же?

– Он не видел, как они спустились вниз.

– И?

– После смерти Пескоу отель наводнила полиция. Они смешались с другими детективами. Трудно было найти лучшее прикрытие. Никому бы и в голову не пришло спросить, что они тут делают. Расследование убийства – их работа. Поэтому портье их и не видел. Наверх они поднялись обыкновенными людьми, которые не заслуживают внимания. Вниз они спустились полицейскими.

– Пристегните ремень, – напомнил Уайдстейн Прокейну.

– Да, конечно, – Прокейн пристегнул ремень. – Ваша версия не лишена смысла, мистер Сент-Айвес.

Я взглянул на спидометр.

– Сколько? – спросила Джанет.

– Девяносто пять, – ответил я и оглянулся. Фары «олдсмобиля» по-прежнему приближались.

– Скоро? – спросил Прокейн Уайдстейна. Тот кивнул.

– Сейчас пойдет извилистая дорога, а потом будет подходящее место. На поворотах мы немного оторвемся от них.

Несмотря на резкое торможение, Уайдстейн вписался в первый поворот на слишком большой скорости. Я почувствовал, что задние колеса начало заносить, но Уайдстейн вдавил педаль газа, и мы рванулись вперед.

Я до сих пор не понимаю, чем он руководствовался, проходя эти повороты. Их было четыре, и перед каждым висел знак, предупреждающий о том, что скорость не должна превышать сорока пяти миль. Днем. Уайдстейн входил в поворот при восьмидесяти. Ночью. Затем тормозил до шестидесяти пяти. А на прямом участке вновь разгонялся до восьмидесяти пяти миль. Тем не менее, я думаю, что он рассчитывал не на удачу, а на мастерство.

Проскочив последний поворот, Уайдстейн выключил фары.

– Зачем он это сделал? – спросил я.

– Сейчас некогда объяснять, – ответил Прокейн. – Вы все увидите сами.

Некоторое время мои глаза привыкли к темноте. Облака рассеялись, и на небе появился молодой месяц. В его бледном свете я увидел уходящее вдаль, прямое, как стрела, шоссе.

Я оглянулся. «Олдсмобиль» все еще боролся с поворотами. Мы выскочили на перекресток, и тут Уайдстейн нажал на тормоз и одновременно выжал до отказа педаль газа. Вывернув руль налево, он отпустил тормоз, и наша машина, в одно мгновение совершив классический поворот, который так часто показывают в гангстерских фильмах, помчался навстречу «олдсмобилю».

Я уверен, что его водитель, справившись с последним поворотом, не увидел нас, пока Уайдстейн не включил фары. Мы находились в двухстах футах от «олдсмобиля», на его полосе движения, и сближались с ним с суммарной скоростью сто семьдесят миль в час.

У водителя была лишь доля секунды, чтобы выбрать между мгновенной смертью в лобовом столкновении и более определенными шансами остаться в живых, нырнув в кювет. Он предпочел кювет. Сбив ограждающий шоссе рельс, «олдсмобиль», кувыркаясь покатился по пологому склону канавы и застыл на дне, каким-то чудом встав на колеса. На этот раз двери остались закрытыми.

– Он загорелся? – спросил Уайдстейн.

– Кажется, нет, – ответил я.

– Мы вернемся в Вашингтон другой дорогой…

Никто не произнес ни слова, пока мы не добрались до Джорджтауна.

– Десять минут одиннадцатого, – сказал Прокейн, взглянув на часы, – Все идет точно по плану.

Он отстегнул ремень безопасности и повернулся ко мне.

– Ну, мистер Сент-Айвес, как вам понравилась кража миллиона долларов?

Уайдстейн остановил «импалу» перед особняком на Эн-стрит. Мы вылезли из кабины, Уайдстейн открыл багажник и достал чемоданы. Прокейн поднял два и повернулся ко мне.