Шрифт:
Закуски нам не дали, и мы с Федором Березиным решили сорвать по банану. Я едва отклеился от лавки, и вообще, после пребывания в мусоропроводе вся моя одежда стала картонной. Федор зашептал, брезгливо принюхиваясь ко мне:
– - У него сын еще год назад повесился.
– - Год назад?..
– удивился я и вопросительно посмотрел на него.
Неужели Жора Мамырин не тот, за которого себя выдает?
– - Во-во... и я о том же...
– - многозначительно произнес Федор.
– А вспоминает, как вчера.
– - Херня какая-то, -- не поверил я, оглядываясь на Жору Мамырина и улыбаясь, как родственнику.
– Обыкновенный дачник...
– - Резидент астросов...
– - Да брось ты!
– - Я когда в плен попал, -- снова зашептал Федор, с жадностью поглощая банан, -- меня сразу притащили сюда.
– - Кто притащил?
– - Черные ангелы и камены.
– - И ты нарисовал красные звезды?
– спросил я.
Костюмчик у летчика тоже был не первозданной чистоты, и от него тоже попахивало. Спасибо, хоть Федор путь указал правильно.
– - Я. А эта его мымра -- настоящая садистка. При мне мужику кишки выпустила.
– - А сад и номера?
– спросил я, все еще не веря Федору, хотя не верить было глупо.
– - Знаменитый бабон Троя. Ты что не слушал?
– - Ни сном, ни духом, -- признался я.
– - Ну да, откуда тебе знать, -- согласился Федор Березин.
– Они его надежно спрятали. Я еще удивился, когда вас увидел.
Я хотел спросить, кто "они". Но вопрос, похоже, был чисто риторическим - конечно, камены. Кто еще? И их хозяева - черные ангелы, то есть, в конечном итоге - астросы!
– - Держись ко мне поближе, -- сказал я, -- а лучше, если что, вцепись в руку.
Конечно, я не успел рассказать Федору, что умею перемещаться из бабона в бабон, что цекул и владею чоппером, что мы с Лехой по доброй воле пришли сюда и что Жора Мамырин наш приятель. Но за время нашей дружбы мы выпили так много водки, что Федор научился понимать меня с полуслова.
Пришлось вернуться за стол, потому что дальнейшее перешептывание выглядело подозрительным.
– - Слушайте, я, рассказываю, что видел Луку, -- сообщил Леха, когда мы уселись.
– - Луку?
– переспросил я.
– - Жора тоже удивился, -- подобострастно улыбаясь, сказал Леха.
Мне показалось, что он побаивается Жору Мамырина и пытается к нему подлизаться.
– - Какого Луку?
– никак не мог вспомнить я, потому что свыкся с мыслью о его смерти.
Соня Бергамаско насторожилась и бросила взгляд на мужа. Они явно о чем-то знали.
– - Лука у нас один, -- сказал Леха таким тоном, словно открыл Америку, -- Федотов!
– - Федотов умер!
– напомнил я.
– - Лука в городе, -- произнес Леха будничным тоном, словно это действительно не было новостью.
– - Ты разговаривал с ним?
– - Нет. С ним общался Рем Понтегера.
– - Они знакомы?!
– - Да, он заходил к нему поболтать.
– - Он заходил и к Юре Дронскому.
– - Тебя это удивляет?
– - Два редактора крупнейших газет...
– - рассуждал я.
– Таких совпадения не бывает. А во сколько?
– - Где-то во второй половине дня.
– - Ерунда!
– вырвалось у меня.
– Не может быть... Во вторник?
– - Да, но почему ты удивлен?
– - Потому в двенадцать, во вторник он погиб у меня на глазах!
– - Погиб? А может, тебе показалось?
– - Я видел его, как тебя, и даже разговаривал. А часом раньше он назначил мне свидание.
– - Мистика!
– выпучив глаза, произнес Леха.
Федор Березин недоуменно кивал. Ни Луку, ни Рема Понтегера он не знал. Зато их знал Жора Мамырин и, без сомнения -- Соня Бергамаско.
– - Значит, Лука Федотов вернулся, - констатировал Жора Мамырин.
– Отлично!
– - Вернулся, -- подтвердил Леха.
– - Вернулся, чтобы погибнуть!
– стоял я на своем.
И тогда Жора Мамырин произнес самую таинственную фразу:
– - Лука Федотов умереть не может...
– - он помолчал.
– - Но в любом случае это хороший знак.
– - В смысле погибнуть или вернулся?
– - В смысле вернуться.
– - Почему?
– - Потому что наконец что-то происходит. А Лука просто так вернуться не мог. Странно, что он еще не появился здесь. Рано или поздно здесь все появляются. Он мне очень нужен.