Брайани обругала его.

– Ты не можешь остановить нас.

Вэйн захохотал.

– Да, мам. Я могу. Ты должна была прислушаться к Фьюри, когда он пытался рассказать тебе о моих возможностях. На этой земле есть только очень небольшая горстка людей, могущество которых может превзойти мое. И ни один из вас не принадлежит к их числу.

Глаза Брайани сузились:

– Почему ты делаешь это?

– Потому, что вам обоим необходимо примириться друг с другом. То, как Маркус поступил с тобой, было неправильно, но, с другой стороны, мне всегда говорили, что злом зла не поправишь. Таким образом, на этот раз я попытаюсь все сделать правильно. Вам придется находиться рядом друг с другом и положить конец этой ненависти. – Он глубоко вздохнул. – Я вернусь через несколько десятилетий и проверю, как у вас дела.

– Ты не можешь оставить нас здесь. Только не так! – завизжала Брайани.

– Почему нет, мама? Отец бил меня и Фанга, а потом повесил нас на дереве, оставив умирать. Ты избила Фьюри и бросила, обрекая на смерть. Теперь вы оба можете излить друг другу свою ненависть, а мы сможем жить в мире вдали от вас обоих. Желаю вам хорошо повоевать.

Вэйн перенесся обратно в дом Валериуса, где Брайд собирала их вещи.

– Ты понимаешь, что тебе не обязательно это делать?

Она подпрыгнула, ловя ртом воздух.

– Думаю, мне нужно повесить на тебя колокольчик!

Он рассмеялся.

Брайд снова подскочила, когда все их вещи вдруг оказались аккуратно сложены в ее чемоданах.

– Вэйн…

– Что?

– Не важно, – сказала она со смехом. На самом деле, она не хотела, чтобы он менялся.

Он подошел к ней сзади и притянул к себе.

Брайд позволила себе на минуту насладиться его прикосновением. Насладиться силой его рук, обнимавших ее талию.

– Итак, что ты собираешься делать со своей жизнью теперь, когда о твоих родителях позаботились, а Фьюри возглавил стаю?

– Честно?

– Да.

– Я не хочу делать ничего, кроме как тратить остаток жизни, глядя на тебя.

– Да, но…

– Никаких «но», Брайд. Прошлые четыреста лет я провел, сражаясь за все зубами и когтями. Скрывая, кто я и что я. Теперь в этом нет необходимости. В Новом Орлеане тебе ничто не угрожает. И я собираюсь приложить все усилия, чтобы так было всегда.

Она развернулась в его объятиях и обвила руками его шею.

– А как насчет моего магазина?

– Он весь твой.

– Ты поможешь мне присмотреть за ним?

– Нет. Я буду слишком занят, присматривая за тобой.