Вот почему мужчины проявляли большую заботу о том, чтобы понравиться своим избранным и добиться их в течение трехнедельного брачного периода.

Хотя его знания о людях были ограничены, он не думал, что Брайд придет в восторг, если он возникнет голый в ее постели, предлагая ей себя и свою вечную преданность.

Это могло бы даже испугать ее.

Должен ли был он вообще помышлять о союзе с ней? Он понятия не имел, каких детей они произведут. Как она поступила бы, если бы родила щенка?

Его человеческая мать, по крайней мере, проявила достаточно великодушия и не убила их щенками. Она кинула их на отца и исчезла.

Но с другой стороны, его мать была аркадианкой. Она знала и понимала, кем был их отец. И по сей день ненавидела его за это. По той же причине она ненавидела их всех.

Но не это теперь имело значение. Вэйн должен вернуться и убрать Фьюри подальше от Брайд. Этот волк непредсказуем в лучшем случае, и смертельно опасен в худшем.

Вэйн мгновенно перенес себя в ее магазин, выбрав туалет в задней комнате, где ее наверняка не будет. И она не испугается.

Он позволил себе выйти и отправился во внутренний дворик, где за дверью обнаружил Фьюри в человеческой форме.

– Что ты делаешь? – зарычал Вэйн. Это последнее чего он хотел – видеть Фьюри возле Брайд в облике человека.

– Сваливаю?

Прежде чем Вэйн мог что-то ответить, Фьюри превратился в волка.

Секунду спустя в дворик вошла Брайд.

Вэйн выдохнул проклятье и вынужден был спрятать одежду Фьюри от ее глаз, сделав ее невидимой.

– О, хорошо, ты вернулся, – с улыбкой сказала она и закрыла дверь в магазин. – Я думала, ты весь вытек.

Вэйн насупился:

– Вытек? Какого черта?

– Твой брат сказал, что ты пошел в туалет.

Вэйн озадачился еще больше:

– Мой брат?

– Фьюри. – Брайд оглянулась. – Куда он ушел? Он только что охранял здесь черный ход, пока я закрывалась на ланч.

– Смирись, Вэйн, – послышался голос Фьюри в его голове. – Я не мог придумать ничего лучше.

Он впился взглядом в Фьюри.

– Во-первых, Фьюри, почему ты был рядом с ней как человек? Ты должен был быть волком.

– Я запаниковал. И, кроме того, захотелось познакомиться с ней.

– Зачем?

Волк предпочел промолчать.

– Знаешь, если бы я не вернул себе человеческий вид, она могла подумать, что ты сбежал от нее, не сказав «до свидания». Я точно не смог бы объяснить ей все, будучи волком так, чтобы у нее не поехала крыша из-за нас обоих.

– Вэйн? – спросила Брайд.– Ты в порядке?

Вэйн прищурился еще больше.

– Фьюри должен был уйти. И ему лучше не появляться снова, если он еще хочет остаться живым.

Фьюри издал низкое горловое рычание.

– О, – она глянула вниз и улыбнулась Фьюри. – Это ты, сладкий. Я беспокоилась за тебя.

Фьюри подпрыгнул, положил лапы на ее груди и облизал ей лицо.

– Эй, вниз,– резко бросил Вэйн, сдерживая волка. – И чтобы больше это не повторялось.

– Я не возражаю, – сказала Брайд доброжелательно.

Фьюри махнул хвостом, нечестиво улыбнулся и попытался заглянуть Брайд под платье.

Вэйн быстро схватил его за шею.

– Прекрати!– мысленно зарычал он на Фьюри. – Или я оторву тебе голову!

Брайд глядела на них, нахмурившись.

– Тебе не нравится мой волк?

– Нравится, – ответил Вэйн, небрежно погладив его по голове. – Теперь он мой новый лучший друг.

– Я твой единственный друг, придурок.

В качестве предупреждения Вэйн зажал в кулаках меховую шкуру зверя.

– Знаешь, ты должна быть строгой с волками. Дай им понять, кто здесь альфа.

– Твой отец?

Вэйн потрепал Фьюри по голове.

– Олух.

– Да, – сказала Брайд. – То же самое говорит мой отец обо всех собаках.

– Твой отец?

Она кивнула.

– Доктор Мактирней, главный эксперт штата Луизиана по наблюдению за собаками. Он ветеринар в Слиделле [25] . Ты, возможно, видел его рекламу на телевидении: «Если вы любите своих питомцев, кастрируйте их или стерилизуйте!» Он возглавляет эту кампанию.