Другой лидер, Жаботинский, организовал в свое время еврейский легион и принимал прямое участие в войне на стороне Антанты.

— Антанта? — еще больше ужаснулась бабушка Оля, — Я же сама хорошо помню, как в девятнадцатом году они приходили в Одессу и расстреливали людей!

— Она одна помнит, — с горькой насмешкой сказал Иона. — Вся Одесса помнит! Дальше.

Дальше рассказывалось про Аббу Эбана и Ройвена Шилоаха, которые долгие годы состояли на службе в английской разведке Интеллидженс сервис, причем последний из них является организатором израильской разведки.

Катерина покачала головой: недаром говорят, рука руку моет.

— Банда, — бормотала про себя бабушка Оля, — ой, банда. Их надо резать на мелкие куски и вешать на каждом дереве.

Иона сел за стол, бабушка Оля велела идти помыть руки, старик ответил, он ничего такого не держал, но покоя уже не давали и пришлось подняться.

Зиновий взял газету, забыл про обед, хотя ему десять раз напоминали, прочитал статью про себя, немного задумался и сказал: толковая статья, взято широко, в историческом плане, чувствуется, что автор знает гораздо больше, чем говорит, но надо было чуть добавить конкретных фактов.

— Ну, — пожала плечами Катерина, — тебе всегда, как ни хорошо, все равно что-нибудь да не так.

Старый Чеперуха доел свой обед, выпил после всего стакан холодной воды и горько-горько вздохнул: счастливый Ефим, он себе спокойно спит, а тут узнаешь такое, что волосы дыбом встают.

Зиновий посмотрел четвертую страницу — из Варшавы, Будапешта, Софии и Праги сообщалось об арестах врагов, многим удалось пробраться на высокие посты в государственном аппарате и народном хозяйстве; в Югославии по-прежнему свирепствует кровавый террор, страна превратилась в сплошной концентрационный лагерь, от рук титовских палачей погибли десятки тысяч партизан и героев народно-освободительной борьбы.

— После Гитлера, — сказала бабушка Оля, — им было у кого учиться.

— Что за мир, — хлопнул себя по коленям Иона, — что за мир, кому теперь только верить! Берешь в руки газету — одно расстройство.

Перевернув газету первой страницей кверху, Зиновий вдруг потребовал от всех тишины и торжественно объявил:

— Товарищи избиратели, довожу до вашего сведения: И.В.Сталин дал согласие баллотироваться и зарегистрирован кандидатом в депутаты Одесского городского Совета депутатов трудящихся.

Катерина не поверила, заявила, что Зиновий разыгрывает, вырвала газету из рук и сама прочла. Бабушка Оля тоже захотела посмотреть своими глазами и убедилась, что никто не обманывает: в концертном зале дворца моряков имени Горького и на Таможенной площади, перед зданием управления Одесского порта, в связи с большим радостным событием, уже состоялись многолюдные митинги, на которых выступили знатная крановщица, депутат Верховного Совета УССР Чурбакова, знатный механизатор порта, старший крановой Турленко и многие другие.

— Значит, — сделала вывод бабушка Оля, — теперь Сталин должен приехать на встречу со своими избирателями.

Старый Чеперуха ответил, что если товарищ Сталин будет ездить на каждую встречу со своими избирателями, ему не хватит времени застегнуть китель на все пуговицы и надеть ордена.

Катерине не понравились слова свекра, и она сказала: во-первых, хотя Сталин генералиссимус, он носит китель, как обыкновенные маршалы, во-вторых, ордена ему рисуют только на портретах, а в жизни он их вообще не надевает.

Да, подтвердил Зиновий, это действительно так, французский писатель Анри Барбюс еще двадцать лет назад написал про товарища Сталина: человек с головой ученого, в шинели простого солдата. Старый Чеперуха стал оправдываться, что он ничего такого не имел в виду, просто неудачно выразился, а скромность товарища Сталина все люди знают, дай бог нашему начальству хотя бы один процент, но Катерина уже набросилась с новым упреком: почему он пришел в дом и начал с неприятностей, вместо того чтобы сразу доставить своей семье радость!

Старик на секунду опешил, в глазах появился нехороший блеск, и сказал спокойно, но так, что от этого спокойствия могли мурашки забегать по спине: если он еще раз в доме у своего сына услышит такие обвинения и претензии, его ноги здесь больше не будет.

Отец вышел, с грохотом захлопнул дверь, Зиновий сказал Катерине, чтобы позвала обратно, но она даже не пошевелилась, больше того, полностью оправдывала себя и при этом сослалась еще на товарища Дегтяря: правильно говорит товарищ Дегтярь, что старому Чеперухе надо укоротить немного язык.