– Это твой второй тут погулял, - "проснулся" Голос.
– Сильную тварь убил. И ее младший выводок у реки.

Я недоуменно тру лапой нос. Как это убил? А почему не съел? А если не съел, то зачем убил? Ничего не понимаю!

– Что тут не понятного?!
– удивился Голос.
– Сородичам самки понадобилось это место, а сами они взять его были не способны. Вот Второй и пришел сюда.

Я облегченно выдохнул: самка это хорошо... А где она кстати?! Надо бы ее еще раз подробно осмотреть-обнюхать...

Голос внутри меня захохотал:

– Кобель неисправимый! А самка в нору вернулась - ночной лес не для нее, согласись. Да!.. Второй просил тебе передать, что если ты хочешь себе самку, то надо добыть живого "хозяина теснин". Тогда Второй сделает самку подобной вам и ты встретишь ее в подходящем обличии.

Тело само собой напружинило полусогнутые задние лапы, выпрямило передние и вскинуло голову. Из горла и сложенной особым образом пасти вырвался победный полурев, полувой. А-р-р-у-у-у!.. Пока выл, слышал только себя. А как замолк - воздух в груди кончился - оказалось что лес потрясенно замер, только ветер хвоей с ветвями шелестит, никого не боится. Я постоял, прислушиваясь к этой необычной тишине. Хорошо... Затаились, значит боятся и уважают!

– Где взять этого "хозяина теснин"?
– спросил я полезного внутри меня. От таких новостей мне между прочим даже есть расхотелось!

– Второй указал только примерное направление, - последовал ответ.
– Еще сказал, что живое мясо туда лизать соль ходит - по этому признаку опознать нужное место можно... От себя добавлю: если хочешь знать точное направление и расстояние, то тебе надо обратиться к Госпоже Сееле. Ночь сегодня лунная - ее лучшее время.

Я задумался. Неожиданно у меня это получилось. Обычно сразу начинал делать и только во время этого мог размышлять над своим действием. А вот сейчас сначала представил себе чего хочу, как этого добиться... и можно ли доверять Голосу! Часто он эту самую Госпожу упоминает, для чего-то это ему нужно. Второй же мои просьбы выполняет и взамен ничего не требует. Даже самку без моей просьбы нам нашел!

– Второй же сказал где искать?

– Но не точно. И неизвестно сколько туда по времени бежать...

Точно чего-то для себя хочет! Не для нас с ним - только для себя! Это неправильно.

– Так спроси эту свою госпожу, - предложил я Голосу, внимательно принюхиваясь к его чувствам. Ага! Полыхнуло багровое раздражение. Коротко сверкнуло, но сверкнуло!

– Я не могу. И потом это тебе надо, а не мне!

Врет. Теперь с ним как с той землей надо, которая сначала твердая, а потом вдруг обернулась грязью и протухшей водой. Еле отпрыгнуть назад успел! Буду его слушать, потом думать, потом делать...

– Не буду ни у кого спрашивать, - решил я.
– Побегу куда Второй указал, заодно еды добуду... Даже игрушку вызывать не буду!

И я побежал, попутно пробуя на вкус воздух, что залетал в приоткрытую пасть. А еще я почувствовал, что хвост у меня крепче, сильнее стал. Надо его на сильном мясе попробовать... Голос молчал и источал обиду с разочарованием. Но настаивать на своем не стал. Может зря я так с ним?

– Голос, а расскажи про эту... Госпожу. Она кто?

Х-ха! Стоило только спросить! Обида мигом пропала и в мою голову бурной рекой потекли образы, объединенные одной фигурой. Госпожой Сееле. Вот она приходит в новый мир... Растит себе воплощение... Учит неофитов... Творит чудеса. Вот первая война с солнцепоклонниками... А что такое солнце? Понятно: то, под чем живет Второй. Ясно, что ничто не ясно. Ладно, пусть говорит... Госпожа, вернее ее отбившие нападение последователи во главе с едва живым воплощением, строят первый Храм. Первые ночные службы, первые мольбы... И чудеса, чудеса широким потоком. Малые и великие. Исцеления, дарование жизни, наделение удачей... Вот и первый народ-племя с пограничья густых лесов и жаркой пустыни полностью переходит под ее руку. И вновь обильный дождь чудес. И храмы, храмы, храмы... С каждым новым все больше и богаче. Народы и племена один за другим склоняются перед Госпожой! Вторая война, горечь частичного поражения, первое предательство, гибель воплощения, упадок веры... При храмах остаются только самые упорные и последовательные. Ученье перестает расти вширь, вместо этого медленно углубляется, прорастая корнями в Мир... Вновь расцвет...

Мне было интересно, но не особо. Главное я понял, чего от меня хочет Голос. Он хочет, что бы и в том мире появились Храмы... А когда мой путь пересекла свежая тропа сильного мяса, я тут же выбросил его слова из головы и сосредоточился на добывании добычи. Голос опять обиделся... Гр-р-р-ах-х!!! Мясо замерло в оцепенении - хорошая у меня пасть, такие полезные звуки издает! Прыжок, удар вторыми когтями по морде, вцепиться клыками в загривок... Визг, добыча скачет и бьется из стороны в сторону, пытается меня сбросить. Но куда ей! Я тяжелее, больше и у меня множество когтей с клыками! Пусть не успел открыть пасть достаточно широко, что бы вторые клыки встали на место атаки, зато когти остервенело дерут бока и мясо слабеет с каждым ударом. Запах крови приятно щекочет нос, а вот щетина загривка противно упирается-колет язык. Т-фу! Гадость... Хитрое мясо вырвалось, да далеко сбежать не смогло: тяжелый удар правой лапой... Готово. Добыча моя! Рот наполняется слюной и я начинаю взахлеб рвать теплое мясо, набивая брюхо.

Потом опять бежал, но уже тяжелее. Хотелось остановиться и подремать, однако самку хотелось больше! Бежал под вновь начавший бормотать о всеблагой Госпоже Голос. Бежал под деревьями и среди травы. Просто бежал... Они бросились совершенно неожиданно. Один выскочил из высокой травы, второй - из неглубокого овражка-промоины. Бросились слаженно: первый на плечи, второй на крестец. Видно не первый раз так бросались и им было все равно, что добыча непривычная.

Я и понять ничего не успел как мы сплелись в клубок. Горло душила нахлынувшая ярость, пасть широко распахнута, длинные клыки готовы вцепиться во врага, тихую ночь рвет на части наш перекрывающий друг друга рык. Тело само собой изворачивается, хлещет атакующего сзади хвостом, наседающего на плечи цепляет пастью... Сложно с ними двоими управляться! Один на один давно бы врага загрыз.

Как-то мне удалось сбросить противника с плеч и прыжком с разворотом оторваться от них. Приземлившись я пошире расставил лапы для устойчивости и во все горло зарычал, демонстрируя вторые клыки. Двое врагов встали напротив и тоже зарычали. И клыки у них были не меньше моих! Правда один, тот кто атаковал сзади, стоял на лапах нетвердо - на боках и груди сильно кровоточат длинные рассеченья от протяжных ударов моего хвоста. Скоро он сдохнет! Вторая волна рыка обрела победные, торжествующие обертона.