Джули неохотно взяла деньги и сунула их в карман. Да уж, долго они там не пролежат. Господи, и что только творится с некоторыми людьми?

Гуди положил в свой карман еще десять «штук», я же запихнул под рубашку бог знает сколько этих бумажек. Мы как раз взялись упаковывать остаток в корзины для покупок, чтобы прихватить их с собой, но тут Дункан неожиданно спросил, что это мы делаем?

— Забираем бабки, чтобы отнести их своим ребятам, — растолковал я и поинтересовался, к чему он клонит.

— Но какой вам от них прок? И какой толк от всех тех денег, что ты напихал себе под рубашку? Вас поймали.

— Эй, меня еще никто не поймал, — возразил я и сунул еще пачку в носок.

Парней впечатлил улов в триста плюс одну тысячу фунтов, что мы нашли в сейфе. Монеты мы брать не стали. Слишком много их, тащить тяжело. Не будь полиции, мы бы и их прихватили. Но наш побег на волю сам по себе будет не из легких и без лишнего груза на плечах.

— Ни хрена себе, Мило! Триста «штук»! — лопотал Боб, нюхая банкноты и хихикая, как школьница. — Это ж просто охренеть можно!

— И что толку? — обломал его Джимбо.

Мы сидели за столом напротив столовой и пересчитывали бабки, в то время как персонал наблюдал за нами, истекая слюной.

— Ну вот, не такие уж мы идиоты, а? — заключил Норрис, с видом триумфатора размахивая пачкой банкнот перед лицом своих бывших коллег но работе, и тут по зданию разнесся рев кружащих в небе полицейских вертолетов.

— По сколько полагается каждому? — спросил Парки, и только я сконцентрировался на расчетах, как тут вмешался Джимбо.

— Что толку-то?

— Тебе не нужна твоя доля, Джимбо? — Парки тут же ухватился за идею урвать дополнительный кусок пирога.

— Да я просто не понимаю, что толку их брать. Мы никуда отсюда не уйдем.

— Цыплят по осени считают, — сообщил мудрый Гуди.

— Нет-нет. Это его решение, и если он не хочет ничего брать, я его за это уважаю, — высказался Парки, облизнул губы и положил перед собой большую груду денежных пачек.

— Не торопись, мистер П, дадим ему возможность хорошенько подумать, — произнес я.

— Но он ведь сказал уже, что ему ничего не надо, — возразил Парки, так что я еще раз справился у Джимбо, окончательно ли его решение.

— Это так? Ты действительно отказываешься от доли?

Джимбо задумался, потом заключил, что в любом случае особой разницы нет.

— Ну, ты и козел! — с отвращением сплюнул Парки.

— Разве что для того, чтобы они не достались этому жадному придурку, — заорал Джимбо, и от смеха покатились все, кроме Парки.

— Значит, нас семь, — изрек Боб и принялся считать.

— Восемь, — напомнил я всем.

— Восемь! — воскликнули они.

— А как же мистер Д?

— Ты ведь не серьезно? — возразил Парки.

— Мистер Д все еще состоит в нашей банде и как ее полноправный член заслуживает своей доли.

— Мистера Д больше тут нет. Он наверняка сам рад этому обстоятельству. Так что пошел бы он на хрен. Разделим бабки между присутствующими.

— Только потому, что мистер Д находится снаружи, еще не значит, что он на нас больше не работает. Он там подвергает себя всевозможным рискам, пытаясь придумать способ вытащить нас отсюда. Так что он получит свою долю. Кто-то возражает?

Никто не ответил, и я принялся укладывать долю Патси.

— Знаете, чуваки, я чего-то понять не могу. Мы ведь взялись за это при условии, что все делим поровну. Однако при виде наличных вы уже готовы всадить друг другу нож в спину, — отчитывал я, мотая головой, но делал это медленно и осторожно, чтобы из-под рубашки не посыпались мои премиальные. Гуди просто уставился в стену.

— Слушай-ка, а мне возместят мои расходы? — вдруг вспомнил Боб.

— Господи, Боб, у тебя уже на руках тридцать семь «штукарей». Тебе не кажется, что ты немного жадничаешь?

От Боба так легко не отделаешься.

— Ни хрена себе, Мило. Ты сам сказал, что я получу все назад. И Джимбо тоже, — требовал он.

— Ладно. Хорошо. Дележ произведен. Я заплачу тебе из своей доли, — простонал я и отдал ему пачку денег из стопки Норриса, когда никто не смотрел. — Теперь доволен?

— Странно, — начал было тот, поглядев на свою стопку, но я перебил, сказав, что его умозаключения никого не интересуют. А на моей тарелке уже достаточно, спасибо всем большое.

— Здорово, — пробормотал Джимбо, поглаживая рукой свои денежки. — Только какая разница? Все равно мы в дерьме.