– Молодцы, умеете маскироваться, - похвалил

командарм, рассматривая не столько окрашенные белилами

орудия, сколько белую сетку, наброшенную поверх позиций.

Кивнул на сетку: - Выручает?

– Пока что надежно, товарищ генерал, - ответил Думчев,

щуря улыбчивые глазки.
– Летают над нами, а обнаружить не

могут. А для нас самолеты - враг номер один, потому как

против них мы совсем беззащитны.

– Что ж, хорошая маскировка это и есть самая надежная

защита, - сказал довольный командарм и подумал: "Зенитных

пушек мало, да и те, что есть, используются как

противотанковые". Они направились в сторону деревни, где их

поджидал вездеход. Навстречу им в легком возке спешили

Макаров и Брусничкин.

– Командир и комиссар полка, - объявил Полосухин

генералу.

Говоров выслушал доклад Глеба, поздоровался, сказал:

– С маскировкой вы хорошо придумали. Выходит, и у вас

есть свой изобретатель вроде Бригвадзе. - Он имел в виду

маскировочную сетку, сделанную из бывших в употреблении

бинтов, негодных маскхалатов и ваты.

– Только фамилия нашего изобретателя - Фролова

Александра Васильевна, санинструктор, - сообщил

Брусничкин.

– Передайте ей мою благодарность, - сказал командарм и

хмурился. Лицо его сделалось суровым и мрачным. - А вот

потери в матчасти у вас, товарищ Макаров, недопустимы.

Несмотря на хорошую маскировку. Почему?

– Товарищ командующий, будь у нас хоть сколько-нибудь

достаточное стрелковое прикрытие, мы могли б избежать этих

потерь. Фашистские автоматчики нас больно жалят, - волнуясь,

ответил Глеб.

Говоров метнул строгий взгляд на Полосухина, и комдив

немедля отозвался на этот недвусмысленный взгляд:

– Товарищ командующий, у нас совершенно нечем

прикрыть артиллерию. Есть роты, в которых осталось по

двадцать человек, - оправдываясь, быстро заговорил

Полосухин.

– Виктор Иванович!
– Говоров остановил его жестом руки.

– В таких случаях надо всегда видеть главное. Кто для нас

самый опасный враг в настоящее время? Пехота, авиация,

артиллерия или танки?

– Танки, конечно, - покорно отозвался Полосухин.

– И наше спасение от них - артиллерия. Согласен?

– Согласен, товарищ командующий.

– А коль согласен, то делай вывод: беречь артиллерию

пуще всего, создать ей условия для самого эффективного огня.

А вы что делаете? Оставляете батареи без стрелкового

прикрытия. И еще ищите оправдания: нечем прикрыть,

двадцать штыков в роте. И меньше будет. А воевать надо. И

побеждать надо. Остановили же мы его, выдохся. Но не сдох.

Готовится к новому прыжку. И мы готовимся. Снова основная

тяжесть битвы ляжет на артиллерию и танки. Танков у нас

мало, вы это знаете. Как Суворов говорил? Воюют не числом,

а умением. Ведь вот лес, наш родной лес, верный защитник и

союзник наш. А мы всегда и везде на полную мощь пользуемся

его услугами? Нет.

Он замолчал, и в этой паузе вдруг заговорил Брусничкин:

– Сегодня, товарищ генерал, на эту тему опубликована

статья в "Красной звезде". Ваша статья.
– Он ловко достал из

полевой сумки газету.

– Да? Я еще не видел, - глухо и сдержанно отозвался

Говоров.

– Вот, пожалуйста: "Опыт боев в лесах", - сказал

Брусничкин и подал командарму газету.

Тот взял ее, мельком пробежал глазами текст статьи,

подписанной его именем, вслух прочитал:

– "Мы требуем, чтобы подразделения не жались к тропам

и дорогам. Лес дает большой простор для скрытого маневра

мелких групп, и это необходимо полностью использовать". О

лесах мы с вами уже говорили, и все же приходится снова

напоминать. Кстати, перед позициями вашего полка, товарищ

Макаров, лес, вокруг - кустарник. Он может быть отлично

использован даже небольшой группой прикрытия. Скажем,

взвод или два автоматчика.

Говоров возвратил Брусничкину газету и сказал, глядя на

Полосухина:

– Перед полком Макарова, кроме боевого охранения,