— Да, очень сильные удары. Их буквально в кашу превратили. — Главный инквизитор выдержал паузу, а потом высказал свою мысль вслух: — Может, это и вправду был Стивр Галлесский?

— Нет.

— Тогда смысл какой спасать самозванца?

— Тот, кто его спасал, тоже ошибся.

— Вам виднее, — поклонился главный инквизитор.

— Могли попробовать пустить нас по ложному следу. Но слишком это мудрено вышло. Тролль, — повторил король, — что ж, такое вполне могло быть. У Стивра были друзья среди троллей после битвы, про которую он рассказывал. На торговле с троллями и благодаря благосклонности их правителя он и капитал нажил. Что там, кстати, с его имуществом?

— Все арестовано, — заверил короля главный инквизитор, — дом описан, замок и прилегающие поля — тоже.

— Хорошо. Получается, я могу кому-нибудь из своих вассалов Галлесский замок пожаловать. — Король задумался, в уме перебирая имена рыцарей. — Нет, — наконец сказал он, — никто не достоин. Служат усердно, жаль только, давно не возникало поводов подвиги во имя короны совершать. Вот война с троллями — отличная возможность. Можно сказать, что похищение самозванца из ваших подвалов — отличнейший повод для объявления войны. Но не думаю, чтобы они пошли на обострение отношений с нами ради человека. Хм… Итак, Стивр все еще на нашей территории. Ищите его, пока он не ушел в неподвластные мне земли. Я не буду затевать с соседями войны из-за него. Если он уйдет, то можно подослать к нему убийцу. Тогда тайна молний будет утеряна, зато она хотя бы соседям не достанется. Имей в виду, если он уйдет, я очень рассержусь на твой орден!

— Мы постараемся найти Стивра Галлесского, — вновь поклонился главный инквизитор, — и доставить тебе его живым… или мертвым.

— Иди, — махнул ему король.

Инквизиторы разослали во все концы государства гонцов с подробным описанием внешности Стивра Галлесского, пообещав тому, кто найдет его и доставит во дворец живым или мертвым, приличное вознаграждение. Разбойники, что промышляли на дорогах, должны были бы свое ремесло на время приостановить и пуститься на поиски беглеца. Его поимка сулила им куда большие дивиденды, чем основной вид их деятельности.

Король ждал, что Стивра поймают со дня на день. Однако время шло, но о задержании беглеца ему никто не докладывал, будто тот растворился. А потом и не до него стало! На юге страны взбунтовалось несколько областей.

Если бы это было единственной напастью, с ней регулярные войска легко бы справились. В бою профессиональный солдат с хорошим вооружением стоит доброго десятка горожан да крестьян, которые хоть и умели обращаться с косами да топорами, но применяли это страшное оружие совсем не для того, чтобы отнимать у людей жизнь.

Затем поползли слухи, будто бы на юге прошел дождь, из-за которого стали воскресать мертвецы. Они вроде бы собирались в колонны и шли на столицу. Мертвые наступали медленно, гораздо медленнее живых, но им не нужно было устраивать привалы и отдыхать по ночам. Они уже достаточно отдохнули — кто в течение долгих-долгих лет, а кто и веков.

От такого зрелища волосы дыбом вставали, голос пропадал, сердце замирало в страхе. Поначалу люди бросались бежать из своих домов, хватали, что только под руку попадется, грузили на телеги и… кто куда. Одни направлялись к столице, а другие подальше на север, решив, что мертвецы в первую очередь как раз осадят столицу.

Беженцы заполонили все дороги. Слухи обгоняли их, искажали то, что на самом деле происходило. И не сразу, далеко не сразу стало понятно, что мертвецы ни на кого из мирного населения не нападают.

Мертвецы шли молча через деревни и города, уже покинутые живыми, где только ветер гулял — стучался в двери и окна, играл с брошенными на дороге вещами.

Они наступали, точно лемминги, которых направляет лишь слышимый только ими зов смерти.

Сообщение с южными провинциями оказалось практически парализовано.

И все-таки находились такие, кто остался. Любопытство пересиливало страх. Спрятавшись в придорожных зарослях, они наблюдали за колоннами воинов, восставших из преисподней. И они уже не казались такими страшными, как поначалу. Шли они нетвердой походкой, натыкались друг на друга, точно слепые, и походили, скорее, на израненных в бою солдат, беззащитных и уставших, а не на армию захватчиков. Но такое впечатление они производили только на тех, кто наблюдал за ними издалека и не видел, что творилось, когда дорогу им преграждали отряды инквизиторов.

Короткие схватки были такими ожесточенными, точно и вправду сражение шло не за жизнь, которую одни давно уже потеряли, а другие практически не ценили, а за что-то более ценное. Мертвецы сгорали, обращались в пепел, и ветер разносил его по окрестным полям, щедро удобряя почву. Того, кто решился бы засеять эту землю, ждал хороший урожай. А в небесах, над кучками пепла и мертвыми инквизиторами, стояли грозовые тучи, точно души погибших все еще продолжали сражаться, а боги никак не могли решить, чья возьмет и кому отправляться на небеса, а кому вечно гореть в огне.