Шрифт:
– Что такое? – приходилось шептать, чтобы провожатый не услышал.
– Он ведет нас к контрабандистским складам. Это полное дерьмо! Там может случиться все что угодно… Тебе лучше повернуть назад.
Нура фыркнула, продолжая идти. Однако от слов Ингвар она разволновалась еще больше. Они будто шли в услужливо распахнутую змеиную пасть, готовую проглотить их целиком. Тревога разъедала спокойствие, оставляя лишь зарождающийся где-то под ребрами ужас. А что, если придется бежать? Успеет ли она? Не поймает ли ее кто-то из людей, которые стояли у одного из вытянутых зданий с тонкими стенами?
– Склады, – буркнула Эрика.
Они остановились рядом с тремя мужчинами. Их кожа, сухая и обветренная, была испещрена морщинами и шрамами. Один из них, с кривым носом, сплюнул под ноги и кинул двум гостьям:
– За мной.
Их первый провожатый что-то буркнул Эрике, та вложила в его протянутую ладонь свернутые купюры, и он тут же удрал со скоростью марафонца. Нура же шла дальше, мимо расставленных ящиков и грузчиков, у каждого из которых на поясе висело оружие. По крайней мере, никто из них не раскрыл рта и не попытался вытащить язык. Вероятно, это были обычные люди, а не наги. Но проверять все равно не хотелось. Рука нащупала артефакт в кармане.
Наконец их завели в тесную комнату с грязным старым диваном, на котором развалился незнакомец с сальными длинными волосами, изувеченным лицом и отсутствующей ушной раковиной справа.
– К тебе, босс.
Безухий встрепенулся, оглядел двух девушек перед ним и облизнулся. Нура затаила дыхание. А вот и раздвоенный язык. Рано расслабляться.
– И кто из вас хотел узнать о моем старом друге?
– Я. – Ингвар смело выступила вперед.
Наг ухмыльнулся. Нура все сильнее ощущала себя запертой в ловушке. Какая же она глупая! Лучше бы послушала Эрику и ждала ее в безопасном месте… Нет же, захотела лично все выяснить! А теперь скрываться поздно…
– Ты принесла?
– Я, по-твоему, дура? – фыркнула Ингвар. – Пока ты не знаешь, где информация, ты ничего со мной не сделаешь. Я скажу, где можно забрать бумаги, но только после того, как уйду.
– Так не пойдет, – ощерился безухий. За рядом ровных человеческих зубов показались два узких клыка, с них что-то обильно капало.
Нура невольно подвинулась ближе к Эрике, которая казалась непоколебимой. Журналистка выпрямилась, глядя на нага с омерзением. Она источала уверенность, будто на самом деле превосходила собравшихся здесь по силе. Тон у нее был вкрадчивый и ровный:
– О, тогда ничем не могу помочь, а твой человек останется гнить за решеткой и с радостью сдаст тебя и всю твою веселую компанию, если не полиции, то клану.
Безухий зашипел, раздраженно мотнул головой и наконец сдался:
– С-спрашивай, хитрая жирная корова!
– Ты знал Хрута Ярпа до того, как… как он стал бродягой, не так ли?
– У нас обоих есть шрамы на спине. Если ты понимаешь, о чем я…
Эрика спокойно кивнула, игнорируя оскорбления.
– Вы оба из Полозов?
– Да. Но он сказал, что Полозы охотились за ним…
– Бред. Изгнанных игнорируют, если только они не влезают в дела клана напрямую.
– Вот только его не изгоняли, свинюшка, он изгнал себя сам. А потом ползал у меня в ногах, чтобы я помог ему. Он отдал все, а я поверил. И тогда Од Повет стал Хрутом Ярпом. Все было чисто. Я умею работать чисто, – горделиво заключил наг, пристально наблюдая за Нурой.
Она отвела взгляд, борясь с желанием вцепиться в руку Эрики.
– Повет? – изумилась та. – Ты лжешь!
– Корова, не называй меня лжецом! – взорвался безухий. – Я свою часть сделки выполняю!
В этот момент в комнату ворвался уже знакомый мужчина с кривым носом. Он остановился рядом с нагом, наклонившись над его единственным ухом, и что-то зашептал. Чем дольше безухий слушал, тем шире становилась его улыбка, словно предвещая неминуемую опасность. У Нуры в горле образовался ком.
– Как же повезло мне, свинюшка. И как не повезло тебе, – ледяным тоном произнес наг. – Тебя я отдам своим людям, а твою подружку трахну сам.
– Что? – нахмурилась Ингвар. – Если тебе нужна информация для освобождения своего человека, то…
– О, это… Я всегда пробую разные варианты. И другой вариант сработал лучше. Его убили, он больше ничего и никому не скажет, свинюшка. Теперь ты – мой враг.
Нура не успела даже испугаться, как Эрику уже схватили и выволокли, визжащую и отбивающуюся. Нура осталась наедине с безухим.
– Будь умной цыпой, – оскалился наг, – не сопротивляйся. Иначе будет хуже.
Она замерла, сжимая потной ладонью артефакт. Страх от надвигающейся опасности окутал, как густой туман, проник в каждую клеточку тела и заставил сердце колотиться как бешеное. Внутри все сжалось, будто в тисках, мысли метались, как дикие звери, не находя укрытия, и в голове раздавались тревожные звоночки.