— Нет у меня ничего. Уходите.

— Пойдем, — прошипел Раф.

Джульетта поправила на спине свою тяжелую ношу — груз динамитных шашек. Вендел положил на пол рядом с собой еще несколько страниц, просмотрев перед этим каждую с обеих сторон.

— Там внизу люди, они собираются проделать еще один туннель, — сказала она священнику. — Я найду им место лучше, чем это, и мы выберемся отсюда. Вы можете пойти с нами, найдете какую-нибудь ферму и раздобудете там еды. Возможно, вы чем-то сможете им помочь. Тем, кто сейчас внизу, ваша помощь очень бы пригодилась.

— Зачем я им? — спросил Вендел. Он шлепнул страницей по скамейке, смахнув с нее несколько листов. — Адский огонь или надежда. Выбирайте. Одно или другое. Проклятие или спасение. Каждая страница. Выбирайте. Выбирайте.

Он с мольбой посмотрел на них.

Джульетта тряхнула флягой, отвинтила колпачок и протянула ее Венделу. Свеча на скамейке потрескивала и коптила, тени по сторонам колебались из стороны в сторону. Вендел взял флягу, сделал глоток и вернул Джульетте.

— Я должен был увидеть это собственными глазами, — прошептал он. — Я вошел в темноту, чтобы увидеть дьявола. Я увидел. Шел-шел и нашел его. Другой мир. Я привел свою паству к проклятию. — Он скривился и некоторое время разглядывал одну из страниц. — Или спасение. Выбирайте.

Взяв свечу, он поднес ее к одной из страниц, чтобы лучше рассмотреть.

— А-а, Исайя, вот ты где. — И баритоном, как на воскресной службе, Вендел прочитал нараспев: — «Во время благоприятное я услышал Тебя, и в день спасения помог Тебе; и я буду охранять Тебя, и сделаю Тебя заветом народа, чтобы восстановить землю, чтобы возвратить наследникам наследия опустошенные».

Вендел поднес уголок страницы к пламени и повторил громогласно:

— Наследия опустошенные!

Страница горела, пока ему не обожгло пальцы. Оставшееся от нее полетело вниз, как оранжевая, тающая на лету птица.

— Пойдем, — снова произнес Раф, на этот раз настойчивее.

Джульетта подняла руку. Она подошла к Венделу, присела перед ним, положила ему на колено ладонь. Гнев, который Шарлотта испытывала к нему из-за Маркуса, исчез. Гнев, который она испытывала, когда он настраивал свою паству против нее и прокладки туннеля, тоже исчез. На смену гневу пришла вина — вина от осознания того, что все их страхи и неверие оправдались.

— Отец, — проговорила она. — Наши люди будут прокляты, если останутся здесь. Я не могу им помочь. Меня здесь не будет. Им понадобится ваше наставничество, если они захотят перебраться на другую сторону.

— Я им не нужен, — повторил он.

— Нет, нужен. Женщины в глубине укрытия оплакивают своих детей. Мужчины оплакивают свои дома. Они в вас нуждаются.

Она знала, что это правда. Именно в наставшие трудные времена они нуждались в нем больше всего.

— Ты их поведешь дальше, — сказал Вендел. — Ты поведешь.

— Нет, не поведу. Вы их спасение. Я ухожу, чтобы проклясть тех, кто это сделал. И отправлю их прямиком в ад.

Вендел поднял глаза на нее. Горячий воск тек по его пальцам, но он этого не замечал. Запах горелой бумаги наполнял комнату. Вендел положил свою ладонь Джульетте на голову.

— Дитя мое, в таком случае я благословляю тебя.

С его благословением подъем стал тяжелее. А возможно, причина была в динамитных шашках у нее на спине. Джульетта знала, что взрывчатка пригодилась бы при прокладке нового туннеля. Ее можно было использовать для спасения, но она была ей нужна для проклятия. Динамит был подобен страницам из книги Вендела — он щедро предлагал и то и другое. Подходя к фермам, она напомнила себе, что это Эрик настоял на том, чтобы она взяла динамит. Были и другие, жаждущие увидеть, как она осуществит замысел.

Когда они с Рафом пришли на нижние фермы, Джульетта поняла: здесь что-то не так. Приоткрыв дверь, она выпустила волну горячего воздуха. Первое, о чем Джульетта подумала: был пожар. Она знала, что в этом месте больше нет действующих водяных шлангов. Но яркий свет в коридоре и над крайними грядками вдалеке намекал на нечто иное.

На входе у турникета лежал мужчина, вытянув поперек коридора тело. Он был раздет до шорт и футболки, и Джульетта в нем не узнала Хэнка, помощника шерифа, пока не приблизилась вплотную. Она вздохнула с облегчением, увидев, что Хэнк зашевелился. Он прикрыл ладонью глаза и крепче сжал лежавший на груди пистолет. Футболка Хэнка была мокра от пота.

— Хэнк! — окликнула Джульетта. — Ты в порядке?

Она сама начала потеть, а бедняга Раф, казалось, вот-вот растает. Хэнк сел и вытер затылок. Он указал на турникет.

— Если пристроитесь там, то получите клочок тени.

Джульетта посмотрела на горящие в коридоре лампы. Они потребляли жуткое количество электричества. Каждая грядка, казалось, была залита светом. Джульетта чувствовала запах жары. Она ощущала запах от перегревшихся растений. И задалась вопросом: насколько долго ненадежная проводка сможет выдерживать такую нагрузку?