— Это он про мою вчерашнюю операцию?

— Конечно! И знаешь, что еще? — она перелистнула страницу. — Он одобрил ВЕСЬ наш бюджет на следующий год! Все наши заявки на оборудование! Компьютерный томограф, который мы три года выпрашивали! Новый цифровой рентген-аппарат! Эндоскопическую стойку последнего поколения!

— Серьезно?

— И это еще не все! — Кобрук буквально светилась от счастья. — Он рекомендовал увеличить общее финансирование нашей больницы на двадцать процентов! ДВАДЦАТЬ! За, цитирую, «выдающиеся достижения в области инновационной хирургии»!

— Вот это поворот! — присвистнул Фырк. — Журавлев из вашего злейшего врага превратился в Деда Мороза!

Величко был абсолютно прав. Это переход к плану «Б» — тактика пряника в действии.

— Поздравляю, Анна Витальевна, — сказал я. — Это действительно отличные новости для больницы.

— Отличные? — Кобрук всплеснула руками. — Да это же просто фантастика! А когда у нас появится еще и твой диагностический центр с современной хирургией, мы вообще станем лучшей больницей во всем регионе! А это финансирование, конференции, медицинские прорывы.

Хороший переход к нужной мне теме.

— Кстати, о центре. Я как раз хотел обсудить с вами документы от барона.

Кобрук мгновенно стала серьезнее. Она села за стол и жестом предложила мне сесть напротив.

— Я их проверила. Очень внимательно. И даже консультировалась с Семеном Марковичем из нашего юридического отдела.

— С тем, который вечно ходит с потертым портфелем?

— С ним самым. Так вот, мы с ним почти два часа эти документы изучали.

— И каковы выводы?

— Предложение, конечно, очень заманчивое, — Кобрук сцепила пальцы в замок. — Новейшее оборудование — КТ, МРТ, ангиограф, все, что только можно пожелать. Расширение штата — пятнадцать новых ставок для нашего персонала. Полный ремонт старого корпуса. Прямое финансирование из Москвы.

— Звучит как сказка. Где подвох?

— А подвох, как всегда, в деталях. Мы теряем значительную часть своей самостоятельности. Этот новый центр, формально находясь на нашей территории, будет являться отдельным юридическим лицом. Да он как бы самостоятельная единица, мы государственное учреждение, но ты же понимаешь что все это финансирование пойдет от инвесторов. Соответственно инвесторы так или иначе будут контролировать нас. Оперативное управление — все важные финансовые решения, крупные закупки, назначение на ключевые посты — прерогатива Гильдии, но думаю в данном случае и они на это будут оказывать серьезное влияние.

— Это стандартная практика для таких проектов?

— Вполне. Более того, Семен Маркович сказал, что условия на удивление мягкие. В других регионах московские инвесторы за то что они платят деньги, обычно выжимают из местных больниц гораздо больше. И условия гораздо жестче. Требуют право вето на любые решения главврача, процент от всех доходов, включая платные услуги.

— А здесь?

— А здесь — только оперативное управление и согласование бюджета. Плюс — и это очень важно, Илья, — новый центр будет напрямую подчиняться не Владимирскому, а Московскому отделению Гильдии целителей.

— И чем это лучше?

— Тем, что мы полностью выходим из-под юрисдикции Владимира! — глаза Кобрук заблестели. — Больше никаких Журавлевых! Никаких внезапных проверок от местных чиновников! Только Москва, а до Москвы, как известно, далеко!

— Логично! — кивнул Фырк. — Лучше далекий император в Москве, чем близкий губернатор во Владимире!

Она мыслит как администратор. Для нее свобода от контроля местного начальства — это огромный плюс, который перевешивает все риски. Она готова сменить одного «хозяина» на другого, более далекого и, как ей кажется, менее опасного.

— Так что, вы считаете, нужно подписывать? — спросил я.

Кобрук поднялась и подошла к окну. Долго смотрела на больничный двор, где медсестры катили каталку, пожилые пациенты медленно гуляли по дорожкам, а дворник сгребал в кучу опавшие кленовые листья.

— Знаешь, Илья, — сказала она, не оборачиваясь. — Я бы на твоем месте не спешила.

— Почему?

Она повернулась ко мне.

— Предложение выглядит слишком хорошо. Москва просто так такие подарки не делает. Им что-то от нас нужно.

— Что именно?

— Не знаю. Может, это просто очень выгодное вложение. А может… — она посмотрела на меня очень пристально. — А может, им нужны не наши стены и не наши пациенты. Может, им нужен именно ты.

Я? Зачем я Москве?

— Я?

— Илья, не прикидывайся скромником. После твоей вчерашней операции вся медицинская элита Империи гудит. И кстати слишком быстро они узнали. У меня такое впечатление, что кто-то явно помог это сделать. «Провинциальный лекарь провел невозможную операцию!» «Извлек мутировавшего паразита из артерии!» «Зашил сосуд одной рукой!» Ты стал сенсацией!