– Может, сообщники? – неуверенно предположила Ксения.

– Зачем?

Она пожала плечами.

– И зачем киллеру оставаться в квартире с жертвами?

– Может, он хотел поискать какие-то документы? Ведь дыру-то мы нашли! – ответила Ксения.

– И нас всех собрали в квартире, чтобы мы организовали поиски? Бред. Если бы поиски нужно было организовать, это сделали бы и без нашего участия. Стены там толстенные. Соседи ничего не услышали бы. И не услышали, как мы двигали мебель. А вся эта мистика? Ксения, для всех этих «штучек» требовалось провести большую подготовительную работу. И работал не один человек. Скорее – целая бригада. Зачем?

Мы опять посмотрели друг на друга.

Тут раздался звонок в дверь.

Мы обе аж подпрыгнули и в ужасе посмотрели друг на друга.

– Ты кого-нибудь ждешь? – прошептала я.

– Ой, так ведь там же мастер работает! – вспомнила Ксения и улыбнулась. – Замки меняет. Он, наверное, не захотел заходить без предупреждения…

Я молчала.

Ксения тоже замолчала, напряглась, быстро огляделась вокруг, схватила тяжелую бронзовую статуэтку, я подхватила еще одну, и мы направились к двери.

На пороге стояла моя мама в очень возбужденном состоянии. Мастер трудился у двери однокомнатной квартиры.

– Я сказал, чтобы лучше позвонили, – обернулся мастер и вернулся к делу.

– Мама? – обалдело произнесла я.

– Вы почему трубку не берете? – вместо ответа спросила она.

– Я телефон отключила, – ответила Ксения. – А то все знакомые как с цепи сорвались. Следующие несколько дней спокойной жизни у меня не будет.

– Слава богу, – облегченно вздохнула мама, проходя в разгромленную квартиру Ксении. – Ну ничего себе! – воскликнула она. – Это кто ж так?..

– Я тоже хотела бы это знать, – ответила Ксения. – Чаю выпьете? Может, останетесь?

– Нет, поеду. Там Иван Васильевич волнуется. Мы решили, что лучше мне съездить, а он с Агриппиной Аристарховной побудет.

– А что вы вдруг стали звонить? – уточнила я. – Я же тебе отзвонилась, что доехала.

– Нам стали обрывать телефон, – сообщила мама. – Твои ученики. Родители учеников. Директриса. Сюжет уже прошел по каким-то каналам. Там вы двое, девочки, и Ник Хаус.

Мама взглянула на часы.

– Ксения, у тебя телевизор работает? Сейчас как раз очередной выпуск должен быть.

– Не знаю, – ответила Ксения. – Я не включала.

Но телевизор работал. С ним явно не проводили никаких манипуляций, как в квартире депутата.

Сообщение о нашем вызволении заняло почти весь выпуск. Какие новости в воскресенье? А тут такое…

На самом деле показывали Ксению, меня и бегающего по квартире Ника с бронзовым божком. Мы с Ксенией счастливо улыбались в телекамеры и выгодно демонстрировали свои внешние данные, Ник требовал то американского консула, то домового. Камера лишь мазнула по Вове с Геной в рабочих комбинезонах, показала, как Иван Васильевич помогает спуститься по лестнице Агриппине Аристарховне. Лассе с Кириллом Петровичем ни разу не мелькнули в кадре. Шедевр, как мы знали, исчез раньше, но это было понятно и объяснимо. Труп депутата не демонстрировали. Чтобы люди поняли, о ком идет речь, показали плакаты с рогами.

Мы переглянулись с Ксенией, потом поделились нашими сомнениями с моей мамой. Пусть со стороны взглянет на ситуацию.

– Нужно подумать, кому выгодно.

– Что именно? – уточнила Ксения. – Убийство депутата выгодно тем, кто торгует лесом. Актрису явно убили заодно. Оказалась не в том месте не в то время.

– А не может такого быть, что убийство депутата с любовницей и ваше заточение никак не связаны друг с другом? – высказала предположение мама. – Ваши знакомые… воры пришли туда, потому что в квартире никого не должно было быть. Я правильно поняла?

Я кивнула. Именно это говорил Вова. И Шедевр поэтому сквозь дымоход полез. Депутат с любовницей должны были находиться в каком-то загородном особняке, где их ждали в гости. Жена депутата с ребенком находится на заграничном курорте. То есть квартира должна была быть свободна.

Но депутат не успел уехать. А механизм был уже запущен. Квартира подготовлена.

Значит, нас собрали там по воле депутата? Это он проводил над нами этот эксперимент? И его сообщники решили довести его до конца.

– Навряд ли все, что с нами делали, можно было организовать без ведома хозяина, – заявила Ксения. – Ведь всех доставляли по очереди. Ну пусть по парам. А решетки не закрывались! Или те, кто это делал, знали, как их открыть. Значит, с ведома депутата.

– Опять возвращаемся к Лассе, – вздохнула я. Мне было неприятно думать, что он меня использовал, а я, как дура… А ведь он мне понравился…

– Значит, Лассе – сообщник депутата, – сделала вывод Ксения. – Он никакой не безработный финский алкоголик, а торговец лесом, партнер Верещагина.