Это показалось ему довольно странным, поскольку он уже смотрел слова на "А", но этого слова, очевидно, просто не заметил. Оно находилось в самом низу второй страницы раздела и после него значилось лишь краткое :"см. Реинкарнация"

Трэйс перелистал тетрадь, нашел букву "Р" и проведя пальцем по словам, наконец нашел «Реинкарнацию», а найдя нахмурился: перед ним был какая-то таблица и еще одно примечание: "см. МС, 47. "

Он принялся внимательно изучать таблицу:

347 н. э. — менее 20

327 — .. 25

302 — .. 30

272 — .. 35

237 — .. 40

197 — .. 45

152 — .. 50

102 — .. 55

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

1936

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Трэйс ничего не понял. Он бессильно покачал головой и снова уставился на таблицу. У него была хорошая память. История Каструни тоже начиналась в 1936 году — в Хоразине. Он поджал губы и просто так, наугад сложил все числа выше даты — и обнаружил, что в сумме они действительно составляют 1936. Ну и что?

Двадцать минут спустя, когда он все еще пытался найти в таблице хоть какое-то рациональное зерно, зазвонил телефон. К тому времени он уже глубоко погрузился в раздумья и ему как раз показалось, будто он начинает что-то понимать. Поэтому, когда тишину квартиры вдруг разорвал звонок, он даже вздрогнул, а затем схватил трубку и рявкнул:

— Трэйс!

— Чарли? Ты в порядке? — Это была Джилли.

— Я-то? Конечно в порядке! А что со мной может случиться? Какого черта тебе нужно, Джилли?

— Ах ВОТ ты как заговорил…

Он смягчился. Не давая ей времени бросить трубку раньше него, он сказал:

— Джилли, я просто занят, вот и все.

— Ничего ты не занят. Это ты злишься на меня за то, что я брякнула вчера ночью. Насчет твоей ноги и того, какая она «смешная». Так вот, мне очень жаль, Чарли. И я по тебе ужасно скучала. Даже ночью проснулась в надежде, что ты окажешься рядом, а тебя не было.

— Джилли, я…

— Чарли, может между нами вообще все кончено? Да или нет? Если да, то я хотя бы должна знать…

При желании он мог закончить все прямо сейчас. Его так и подмывало сказать «да». Но… черт, Джилли была хоть какой-то частицей порядка в стремительно сходящем с ума мире. Нет, он просто не мог сказать «да» — во всяком случае не так.

— Чарли? — Казалось, она где-то далеко-далеко.

— Может встретимся? — спросил он — и тут же возненавидел себя за слабость.

Ее голос заметно потеплел.

— У тебя?

Он окинул взглядом комнату, поморщился, увидев разбросанные повсюду книги и документы, и ответил:

— Нет, давай лучше в «Корабле» — примерно через час.

— А потом — к тебе?

— Посмотрим, — сказал Чарли. И обратил внимание, что она не вешала трубку до тех пор, пока он не повесил свою.

Потом он немного походил по комнате, нагнулся, поднял с пола тетрадь Каструни… и тут же швырнул ее на ковер, да так сильно, что она даже подпрыгнула. Куда к черту покатилась его жизнь? Когда же наступит мир и покой?

Конечно, он в основном предпочитал активный образ жизни, но нужно же человеку время от времени и отдохнуть хоть немножко?

Он быстро привел себя в порядок и уже собирался уходить на встречу с

Джилли, как вдруг сделал то, что было ему совершенно несвойственно. Можно сказать, совершил отчаянный поступок. Он достал из тайника сверток с краденым золотом и выбрал одну вещицу — крошечный золотой спичечный корбочек на тоненькой, филигранной работы золотой цепочке. Пусть это будет его прощальным подарком.

Да, конечно, не стоило бы этого делать, но… черт с ним! Вероятность того, что Джилли когда-нибудь столкнется со старым Котом Картером равнялась приблизительно одному шансу на миллион.

К тому времени как Трэйс был окончательно готов выходить, у него в запасе оставалось еще целых двадцать минут. Он снова открыл тетрадь Каструни и хмурясь принялся изучать колонки чисел.

347 н. э. — менее 20

327 — .. 25

Что ж, 347 минус 20 действительно составляло 327, а 327 минус 25 соответственно равнялось 302. И так далее. Но что означало "н. э. "? Нашей эры? (Вроде бы они проходили это в школе.) От рождества Христова?

«См. МС, 47».