— То-то! Учись, мой друг, хорошо готовить, в этом не только успех у женщин, но и залог удачной карьеры. Ты знаешь, что фаворит императрицы Анны герцог Бирон нашел путь к ее сердцу именно через желудок?

— Неужели он завоевал императрицу при помощи окрошки?

— Отнюдь, — захохотал старик, — отнюдь… А ты не лишен остроумия. Мороженое — вот его коронное блюдо. Коронное в прямом и переносном смысле. Ведь простой форейтор стал правителем Курляндии.

— Видимо, дело не ограничивалось только совместным поеданием мороженого?

— Очевидно. Но именно оно зажгло это чувство.

Олег вежливо посмеялся, но неожиданно поймал себя на мысли, что он уже слышал этот голос. При других обстоятельствах, но точно — слышал. Он присмотрелся к лицу хозяина и вдруг понял где. Конечно же, несколько дней назад в поезде. Тогда еще спорили два ветерана. Один утверждал, что на фронте иногда случались странные вещи, другой же доказывал (именно ему принадлежал голос), что никаких чудес не бывает, и даже упрекнул своего собеседника в глупом суеверии. Лицо его Олег помнил плохо, потому что лежал на верхней полке и почти не смотрел вниз.

— А мы, кажется, с вами уже встречались, — осторожно заметил он.

— Точно, — подтвердил Артур Афанасьевич, — в поезде Тихореченск — Москва, ты еще с девушкой ехал.

«Неужели совпадение?! — ужаснулся Олег. — Вряд ли! Если все, о чем рассказывала Аделаидка, — правда, тогда ни о каком совпадении и речи быть не может. Неужели они следили за нами от самого Тихореченска? Но тогда я попал в чудовищную паутину, из которой не выбраться».

— Так зачем же ты пожаловал ко мне, Олег? — хозяин отодвинул тарелку и посмотрел на юношу.

— Но вы же знаете, — пошел Олег ва-банк.

— Знаю, — спокойно согласился старик, — ты ищешь потерянный дневник и свою даму сердца. Очень похвально, очень! Я не думал, что рискнешь пожаловать сюда.

— А что мне оставалось делать?

— Отправляться домой! Самый лучший выход. Тебе же советовали. Я понимаю, что молодость волнуют загадки, но ведь можно и обжечься. Вот, например, твой знакомый — Степа Козопасов — пострадал, и его холодный труп пребывает в одном из городских моргов.

Сказано это было до того шутливо, что в первую минуту Олег не поверил, но, внимательно посмотрев на Артура Афанасьевича, понял, что тот говорит правду.

— А вообще, — задумчиво произнес Артур Афанасьевич, — любопытство — вещь опасная. Кому же знать, как не тебе. Любопытство привело тебя в Монастырь, где ты едва избежал крупных неприятностей, любопытство погнало тебя в Москву неизвестно за каким чертом. А ты знаешь, даже кошка померла от любопытства. Правда? — спросил он у кота.

Тот утвердительно мяукнул.

— Даже кот об этом знает, — грустно сказал хозяин, — а ты — историк — проявляешь легкомысленную беспечность. Ах, как дивно пахнут розы, — неожиданно заметил он. — Сколько лет живу, не встречал ничего слаще этого запаха. К тому же в окружении роз так приятно вести беседу. Древние римляне часто вешали над столом ветку розы или изображали ее на потолочных росписях. Считалось, что произносимое за столом под розой — секрет. Существует даже выражение «Sub Rosa» — сказано под розой, — то есть тайна. Роза — символ розенкрейцеров. Слыхали про таких? Да-да, мистический орден — наследники тамплиеров. Занимались колдовством, алхимией, астрологией. Говорят, что они владели секретом философского камня. Но заметьте — занимались не из низменных побуждений, а с целью облагодетельствовать человечество. Улучшить, так сказать, породу, — старик хмыкнул. — Не с этой ли целью выращивали в своих тайных лабораториях гомункулусов — искусственных людей? Хотели создать совершенство. Между прочим, роза — символ эстетического совершенства. А знаете, что еще символизирует роза? Число пять. Да, обычную пятерку. Было пять пророков, а шестому не бывать. — Он хитро посмотрел на Олега. — Или бывать?

В этот момент Олегу показалось, точно в его сознание входит чья-то чужая воля. Мягкое, незримое прикосновение проникло в разум и пытается что-то в нем нащупать. Олег сосредоточился, и ощущение пропало.

— Коли ты ко мне пришел, то давай начистоту. Что тебя интересует?

— Я хочу знать, куда делся дневник Матвеева и где находится его дочь?

— И только-то? А я думаю, главная причина твоего визита другая.

— Какая же?

— Ты хочешь выяснить, действительно ли обладаешь даром. Перешли ли к тебе способности Матвеева? Не так ли?

Олег и сам себе не желал признаться, что Артур Афанасьевич прав. Конечно, это и была основная цель визита. Но ему вдруг показалось, что мысль эта пришла откуда-то со стороны. Точно ее вложили в сознание.

— Зря вы так, — сказал он.

— Как? — ласково спросил хозяин.

— Так примитивно. Конечно, я не обладаю вашей мощью, но стоит ли просто грубо воздействовать на мой разум? Внушать мне то, чего нет на самом деле.

Старик быстро посмотрел на него.

— Значит, считаешь, не стоит? Расскажи, — неожиданно предложил он, — как Матвеев передал тебе дар? Я думаю, если мы понимаем друг друга, тебе нечего скрывать от меня. Вспомни даже мельчайшие подробности.

Олег задумался. А почему бы и не рассказать? Он, запинаясь, стал припоминать то страшное декабрьское утро.

— Значит, говоришь, свечку зажег? — переспросил Артур Афанасьевич. — Заставил произносить эти дурацкие слова? Странно. Никогда ни о чем подобном не слыхивал. Сколько живу, ничего даже близко похожего. Я вообще не верю, что можно передать дар. Не припомнишь ли рассказ Матвеева, как он впервые ощутил присутствие дара?

Олег кратко сообщил суть рассказа прорицателя.

— На кладбище, говоришь? Может быть… Это похоже на правду. Ты знаешь, существует множество рассказов о прорицателях и ясновидящих. Множество! В античные времена ни одно серьезное событие не обходилось без пифии, сивиллы, какого-нибудь пророка. Все постоянно что-нибудь прорицали. Но почему-то очень невнятно. Кассандра предсказала падение Трои, но ее никто не понял. Возможно, это удел всех пророков, их трагедия. Или в средние века — Нострадамус. Ведь целые книги предсказаний оставил, но из них ни черта не ясно. Можно трактовать как угодно. Хочешь — так, хочешь — эдак.