Рикардо недоуменно пожал протянутую ему руку, с трудом представляя, как сам он с его необузданной натурой мог бы поступить так же. И не мог не восхититься великодушием Дика Джонса.

Когда ковбой удалился, Рикардо прошел в дом, вымыл руки, вернулся в зал и тут почувствовал, что вполне удовлетворен — вечеринка была ему по душе. Вскоре он снова встретился с Мод Рейнджер.

— Вы мало танцуете. Вам скучно? — полюбопытствовала она.

— Нисколечко. Я просто наблюдаю и восхищаюсь.

— Здешнее общество напоминает пирожное с шоколадной прослойкой, — заметила девушка, — Американцы глуповаты, а мексиканцы все такие серьезные, угрюмые… Кстати, я что-то не вижу Дика Джонса. Не знаете, где он?

— Кто-то позвал его, и он ушел, — ответил Рикардо.

— У вас содрана кожа на костяшках, — заметила она.

— Да, поцарапался о колючки в саду, — пояснил он, глядя на Мод невинными глазами и при этом отмечая, что она приятно удивлена.

Это немало озадачило Рикардо, но, по-прежнему готовый к тому, что сначала получит отказ, он решил выждать, немного понаблюдать и постараться найти ключ к загадке, о которой говорил доктор. В то же время держался с девушкой весьма любезно, что, впрочем, не составляло особого труда, ибо теперь Мод полностью переключила свое внимание на него. Они танцевали, беседовали и вместе прогуливались по саду.

Никто не пытался им помешать, хотя Рикардо показалось, что двое или трое молодых людей бросают в его сторону угрюмые взгляды. В этом не было ничего удивительного, ибо из всех присутствующих девушек Мод выглядела самой привлекательной. Рикардо постарался присмотреться к ней попристальнее, но так и не смог обнаружить ничего, к чему можно было бы придраться.

И хотя в прямолинейности, раскованной манере держаться Мод было что-то мужское, это ее совсем не портило. Зато чувствовалось, что она не нуждается в слащавых, льстивых ухаживаниях. Говорить Мод старалась на близкие Рикардо темы — о его родной Мексике, но, в свою— очередь, рассказывала ему о своем ранчо, которое, как она выразилась, для ее отца было «родной стихией». Даже высказала пожелание, чтобы Рикардо как-нибудь навестил ее там. Ему, безусловно, очень понравится такая поездка. Впрочем, зачем же откладывать ее надолго? В следующие пять минут они решили совершить ее завтра же.

Доктор похвалил Рикардо, когда услышал, чего тому удалось добиться.

— Считай, дверь открыта, — заявил он. — Но ты слишком молод, чтобы войти в нее одному. Мы отправим кого-нибудь вместе с тобой. Только вот кого? Мне нужно повидаться с Бенном. Иди ложись спать, сынок. Ты отлично поработал. Отдыхай, а мы пораскинем мозгами.

Довольный похвалой, Рикардо лег спать, а открыв утром глаза, увидел перед собой продолговатое, худощавое лицо Уильяма Бенна.

— Привет! — поздоровался юноша, приподнимаясь на локтях. — Почему не предупредили, когда вошли?

— Когда держишь лошадку на привязи, мало волнует, спит она или нет. Когда отправляешься на ранчо?

— Сегодня днем.

— Вместе с ней?

— Да.

Уильям Бенн закрыл глаза и со вздохом произнес:

— Слишком хорошо все складывается. И как у тебя с Мод?

— Не понимаю, о чем вы?

— Я имею в виду амурные дела. Начало положено? Как по-твоему, что она думает о тебе?

Рикардо помолчал, потом проговорил:

— Она думает, я могу быть ей полезен.

— И все?

— По-моему, все.

— Ну… в конце концов, нельзя же заставить каменную статую расплавиться за одну минуту, — изрек Бенн. — И все же не теряй времени, постарайся подбросить дровишек в костер. Как считаешь, ты ей нравишься?

— Не знаю. Ведь я же разговаривал не с девушкой, а с семью миллионами.

— Ах вот оно что! Так можно испортить все дело! Послушай-ка, что я тебе скажу. Ты должен влюбиться. Влюбиться по-настоящему, так, чтобы она поверила.

Рикардо пожал плечами:

— Не знаю, как это сделать.

— Конечно не знаешь. Но я познакомлю тебя с парнем, который подскажет, как надо действовать, — сообщил Бенн и, повысив голос, позвал: — Лу!

Дверь спальни тут же отворилась и затворилась. Около нее стоял горбун Лу, обратив к хозяину свое улыбающееся, но бледное и нездоровое лицо. Кивком он поприветствовал Рикардо.

— Проходи, Лу, — пригласил Уильям Бенн.

Горбун прошел в комнату, взял стул и, не сводя глаз с Рикардо, сел рядом с Уильямом Бенном. Лицо его, напоминающее лягушачье, сейчас казалось еще более отвратительным, чем всегда, из-за пробивавшейся наружу скрытой радости.

— Лу поедет с тобой на ранчо к девушке, — сказал Бенн.

— Но меня приглашали одного, — возразил Рикардо.

— Ничего страшного не случится, если еще поедет и человек, который будет присматривать за тобой. Лу умеет быть пажом, когда захочет, правда, Лу?

Отвратительное лицо горбуна растянулось в жуткой улыбке, и он многозначительно подмигнул Рикардо. Казалось, Лу смеется над ним, но и его приглашает тоже посмеяться.

— Лу очень нужный человек. Он позаботится о тебе и о твоей лошади, всегда будет рядом. Ручаюсь, всегда будет рядом! — Бенн зловеще улыбнулся. На жабьем лице карлика тоже появилась отвратительная гримаса. — Сначала я хотел послать с тобой Вонга, но потом передумал, — продолжал между тем Уильям. — Вонг сам нуждается в том, чтобы им руководили, а Лу — нет. Правда, Лу?