– А что я от этого буду иметь?

Она встретилась с ним взглядом.

– Все, что пожелаешь. Только скажи, и я найду способ это достать.

Он долго молчал, потом сказал:

– Ну, как я могу отказаться от такого предложения?

Она видела, что Гален разозлился. Выражение его лица не изменилось, да и тон остался таким же насмешливым, но она чувствовала, что его охватил гнев.

– Зачем тебе отказываться? Ты хочешь, чтобы тебе заплатили? Тебе заплатят. Ты поступаешь неразумно.

– В самом деле? Рад, что ты мне на это указала.

– Так чего ты хочешь?

– Решу позже. Может, наткнусь на застарелого врага, и ты уберешь его для меня. Ты ведь не станешь возражать?

– Стану.

– Но сделаешь, – усмехнувшись, уточнил он.

– Не думаю, что до этого дойдет. Ты предпочитаешь убивать сам. – Она сжала губы. – Что ты хочешь знать? Могу ли я это сделать? Разумеется, могу. Мой отец часто посылал меня на расчистку, прежде чем начать наступление.

– Расчистку?

– Найти и убить снайперов или часовых. Он хорошо меня обучил. Я прекрасно справлялась.

– Черт бы его побрал. – Он встал. – Знаешь, не думаю, что мне понравился бы твой отец.

– А зачем ему нравиться тебе? Важно, что я его любила.

– Тем хуже. Иди спать. Мне надо позвонить.

– Так ты нам поможешь?

– Разве мы уже не договорились? Да, я вам помогу. У меня в Южном Орегоне есть ранчо, которое вполне подойдет в качестве убежища. Исключительно трудно узнать, что оно принадлежит мне.

– Но не невозможно.

– Нет ничего невозможного. Но это даст нам время, чтобы все продумать, У меня есть человек, который сообщит, как только Чавез окажется поблизости. – Он посмотрел ей прямо в глаза. – И ты будешь делать все, что я скажу. Только на этих условиях я вступаю в игру.

– Если я решу, что ты поступаешь правильно.

Он покачал головой:

– Нет, так не пойдет.

Она закусила нижнюю губу.

– Ладно. Если ты не станешь делать глупости.

– Это будет трудно, но я постараюсь сдержаться. А за твое сотрудничество, – добавил он, – я дам тебе премию.

– Премию?

– Я принесу тебе голову Чавеза на тарелочке.

– Почему?

– Он меня сильно раздражает. Несколько лет назад он убил двух моих людей. Мне это очень не понравилось. Но мы выполняли задание, и парни знали, на что идут. С Форбзом все иначе. Тут личное. Полагаю, Чавезу пора платить по счетам.

– Может не получиться. Я ошиблась, Чавез не бросился за Барри сам.

– Я ничуть не удивился. Ему очень нужен Барри, но Чавез умен и не станет рисковать собой, когда можно подставить кого-то другого. Но Гомез обмишурился. Вряд ли Чавез доверится кому-то еще. Думаю, на этот раз он придет сам. – Гален мрачно ухмыльнулся. – Форбз был бы огорчен. Чавез не доживет до того времени, когда сможет все поведать Агентству по борьбе с наркотиками. – Он помолчал. – Вообще-то, он бы вряд ли что-то рассказал.

Елена оцепенела:

– Что ты имеешь в виду?

– Ты бы его убила. Ты не рискнула бы оставить его в тюрьме. Он мог бежать, мог откупиться, да мало ли что.

– Ты не сказал об этом Форбзу?

– Зачем? У меня нет ни малейшего желания позволить Чавезу дожить до преклонного возраста в комфортабельной тюрьме. – Он направился к двери. – Спокойной ночи. Не бойся, ложись спать. Ты здесь в безопасности. Сигнализация у Логана просто обалденная, к тому же у меня бессонница.

Елена долго смотрела ему вслед, потом встала, подошла к раковине и вымыла чашку. Странно было после стольких лет, когда она полагалась только на себя, отдать свою жизнь в чужие руки. Странно и немного унизительно. Гален был слишком проницателен, и силой воли они вполне могли бы помериться.

Но у него нет ее мотивов. У него нет Барри. Она способна на все, если это потребуется для безопасности сына. Поэтому она сильнее Галена.

Она сможет с ним справиться.

– Форбз мертв, – сообщил Гомез.

– И мой сын у тебя, – сказал Чавез и добавил тоном, не допускающим возражений: – Разумеется.

Гомез понял, что дело плохо.

– Мы очень скоро найдем твоего сына. Там, на виноградниках, возникла небольшая проблема.

Чавез подавил приступ ярости:

– Проблема?

– Скорее всего, ее предупредили. Они подожгли дом и сбежали до того, как мы там появились, – торопливо объяснил Гомез.

– Кто мог ее предупредить? Разве что ты был так неуклюж, что позволил себя заметить.

– Мы были осторожны. Я подкупил двух агентов, что там находились. Все должно было пройти гладко.

– Не говори мне, как все должно было быть. Где мой сын? За ним все еще приглядывает агентство? – Чавез просто кипел.

– Мы так не думаем. Я связался с Кэрью, нашим человеком в агентстве, так он говорит, что у них никто не знает, где она сейчас.