Фуно с печальным лицом неуверенно взглянула на Заа. Мутис мрачно стоял, погрузившись в свои мысли.

– Это полная нелепица, – резко заметила Заа, – Я еще никогда не сталкивалась с такой бессмыслицей.

– Лило, возможно, думала тоже самое, когда ее вели на смерть, – заметил Плок, – Такие идеи всегда кажутся абсурдными, когда они касаются непосредственно тебя. Однако, это ничего не меняет.

– Я хочу позвонить по телефону.

– В полицию Фексельбурга? Не стоит. Я хочу сделать им сюрприз.

– Тогда я должна написать несколько писем.

– Кому?

– Орден Кли в Строк и другим Орденам.

– Например? – спросил Глауен, стараясь говорить безразличным голосом.

– Я передумала и не буду ничего писать, – резко заявила Заа.

– Одна из них это мадам Зигони, которая живет на ранчо в мире Розалия? – быстро спросил Глауен.

– Мы и так уже слишком далеко зашли. Делайте свою грязную работу и убирайтесь.

– Практичное предложение, – согласился Плок, – Не будем разводить здесь церемоний.

Он сделал три метких выстрела.

– Ну вот, работа сделана, – сказал Плок, на какое-то мгновение задержав взгляд на трех телах.

«Как все быстро закончилось! – подумал Глауен. – Фуно больше ни о чем не думает, Мутис больше не испытывает сомнений, а Заа унесла с собой все свои знания».

Плок повернулся к изумленному Дантону:

– Оттащи эти тела в помойную яму. Возьми какую-нибудь тележку, или тачку, можешь смастерить носилки, в общем, как хочешь. Можешь взять себе в помощь двух-трех человек покрепче. Когда закончишь, присоединяйся к остальным.

Дантон принялся было исполнять приказ Плока, но Глауен остановил его.

– Почему эта лестница между вторым и третьим этажами считается опасной?

Дантон с опаской взглянул на тела, как будто пытаясь убедиться, что они его не слышат.

– Когда на третий этаж приводили кого-нибудь из посторонних и удерживали его там против его воли, а это было гораздо чаще, чем вы думаете, то Мутис натягивал вдоль верхней ступеньки провод и пропускал по нему ток. Если кто-то пытался воспользоваться лестницей, до его находили внизу с переломанными костями. Потом, не зависимо от того живой он или мертвый, его относили к помойной яме и выбрасывали туда.

– И никто не протестовал?

– Когда прилежно и внимательно изучаешь Синтораксис, то не замечаешь того, что твориться вокруг, – улыбнулся Дантон.

Глауен отвернулся.

– Занимайся трупами, – напомнил Плок Дантону.

Опустевшая Семинария была, казалось, наполнена тысячью шепчущих голосов. Глауен, Плок, Кайлт и Нардюук стояли в зале для совещаний на первом этаже. Неожиданно Плок сказал:

– Хотя я и не суеверный человек, но этот шепот призраков меня определенно раздражает.

– А меня не тревожит ни Заб Зонк, ни его призрак, – заметил Глауен, – на самом деле, я даже был бы рад такой компании.

– Во всяком случае, нам надо попробовать рискнуть и подняться на третий этаж, вполне возможно, что там остался кто-то из учеников настолько погруженный в изучение Мономантики, что не слышал нашу команду.

– Сходите втроем. А с меня верхних этажей уже достаточно. Когда будете проходить мимо кухни, то погасите очаг, а то похлебка пригорит больше обычного.

Плок со своими двумя помощниками начал подниматься по лестнице. А тем временем Глауен начал обследовать первый этаж. Он обнаружил личные покои Заа и ее кабинет: огромную комнату с выкрашенными в бледно-желтый цвет стенами, обставленную лампами странной конструкции, застланную черным и зеленым коврами и с мебелью покрытой темно-красными чехлами. На полках стоял всевозможные книги, все светского содержания. Он обыскал письменный стол, но не нашел там никаких записей, адресов, писем и прочих материалов, которые могли бы его заинтересовать. И все же было очевидно, что Заа стремилась уничтожить какие-то свидетельства. Какие и где? Или они не поняли ее намерения? В выдвижном ящике стола Глауен обнаружил небольшой сейф, в котором лежала большая сумма денег. Он вынул сейф из ящика и под ним обнаружил фотографию, на которой была изображена дюжина женщин, стоящих, по всей видимости, в каком-то саду. Очевидно, фотография была сделана не на Тассадеро. Одной из женщин была Заа, правда моложе лет на десять пятнадцать. В другой женщине он узнал Сибилу. Остальные были ему неизвестны. Должно быть, здесь же находилась Кли из Строка, а также мадам Зигони из Розалии. Никаких подписей или знаков на фотографии не было. Глауен запихал фотографию во внутренний карман куртки: агентов ИПКЦ эта информация не должна была заинтересовать.

Сдерживая отвращение, Глауен обыскал личные апартаменты Заа, надеясь там найти документы, адреса, письма, фотографии или журналы. Но, как и в предыдущем случае, ничего примечательного он не обнаружил: никаких ссылок на мадам Зигони из Розалии или другое знакомое имя.

С верхних этажей спустился со своей командой Плок. Глауен отвел их посмотреть на гробницу Зонка. Там все еще, отбрасывая желтый свет на стены, горела лампа.

Глауен открыл дверь в гробницу, но так и не сумел заставить себя войти туда еще раз.