– Доброе утро, миледи. Я могу быть вам полезен?

– Сейчас мы это выясним. Вы преподаватель Флек?

– Так оно и есть.

– Я – Спанчетта Клаттук из Дома Клаттуков. Мой сын, Арлес, как я понимаю, находится под вашим наблюдением?

Флек задумался.

– Номинально так оно и есть, но в действительности я вижу его только время от времени.

Спанчетта нахмурилась.

– Сэр, вы являетесь преподавателем математики у Арлеса?

– Да, миледи.

– Хмм. Похоже, у него возникли трудности с вашим предметом, но он уверяет, что его вины в этом нет.

Преподаватель Флек улыбнулся холодной печальной улыбкой.

– Я готов учить его любым методом, на который он будет согласен, но при условии, что сам он будет что-то делать. Если не может освоить математику с наскока, то должен методично учить правила и теоремы, после чего упорно решать задачи, хотя все это – довольно скучные занятия.

Спанчетта огляделась и увидела, что вокруг них собрался круг студентов, которые с интересом наблюдали всю сцену и слушали, но никто из них не проявлял никакого благоразумного страха перед преподавателем. Она сбавила тон.

– Арлес считает, что эта ситуация сложилась из-за того, что его пытаются наказать за его критическое отношение к учебе.

– В этом отношении Арлес прав, – кивнул головой Флек, – Он является единственным учеником в классе, который наплевательски относится к своей учебе. Естественно, он единственный и критикуется за это.

– Я искренне расстроена, – призналась Спанчетта. – Но здесь явно что-то не так.

– Печально! – сказал Флек. – Может быть, вам лучше сесть и посидеть, пока вы не почувствуете себя лучше?

– Со мной все в порядке – я просто в ярости! Это ваш долг честно и добросовестно доносить полностью свой предмет до каждого ученика в классе и при этом учитывать индивидуальные особенности!

– Вполне согласен с вашим замечанием! И я бы, может быть, и почувствовал себя виновным, если бы не одно обстоятельство: все другие учителя в случае с вашим сыном наталкиваются на такую стену лени, от которой отскакивают все благие намерения, – Флек оглядел собравшуюся вокруг аудиторию. – А вам что, нечем заняться? Это вас совершенно не касается, – затем снова обратился к Спанчетте: – Может быть, пройдем в класс? Сейчас он свободен и я могу вам кое-что показать.

Спанчетта проследовала за Флеком до учительского стола, где тот дал ей несколько бумажек.

– Вот вам образцы работ Арлеса. Вместо того, чтобы решать задачи, он был занят тем, что рисовал странные рожицы и нечто, напоминающее рыбий скелет.

Спанчетта глубоко вздохнула.

– Позовите сюда Арлеса. Посмотрим, что он скажет.

Флек позвонил по телефону, и вскоре в комнату проскользнул Арлес. Спанчетта затрясла листками перед его носом.

– Почему ты вместо того, чтобы решать задачи, рисуешь какие-то фигуры и дохлых рыб?

– Это мои упражнения по рисованию, – возмущенно воскликнул Арлес. – Это рисование обнаженной фигуры.

– Можешь называть это как хочешь, но почему это здесь вместо математических задач?

– Я просто о чем-то задумался.

Флек взглянул на Спанчетту.

– Я могу вам быть полезен, миледи? Если нет, то…

Спанчетта взмахнула рукой в сторону Арлеса.

– Иди обратно в класс.

Арлес с готовностью удалился.

Спанчетта снова повернулась к Флеку.

– Мне не надо пояснять, что Арлес должен пройти экзамены. В противном случае он не получит статуса сотрудника Агентства.

Флек пожал плечами.

– Для этого ему придется изрядно потрудиться. Чем скорее он начнет работать по-настоящему, тем больший шанс у него будет сдать экзамен.

– Я передам это ему. Странно, прошлой ночью мне приснился этот эпизод. Сон начался именно с сегодняшних событий. Я помню каждое слово.

– Очень интересно, миледи, – сказал Флек, – но разрешите откланяться.

Спанчетта не обратила на его слова никакого внимания.

– В этом сне бедняга Арлес провалил экзамены, после чего произошла цепочка очень печальных событий, которые захватили даже преподавателей. Это был очень реалистичный и ужасный сон.

– Надеюсь, что он не пророческий, – спокойно сказал Флек.

– Возможно, и нет. Но кто знает? Иногда случаются такие странные вещи.

Флек на мгновение задумался.

– Ваш сон очень странен. Но на данный момент ваш Арлес удален из класса. И директор Сонориус Оффоу собирается лично заняться его поведением. До свидания, миледи. Мне больше нечего вам сказать.