— Есть только один ответ, — медленно вымолвила Джесс. — Мне следовало подумать об этом раньше. С того самого момента, как я сошла с корабля, они пытаются свернуть меня с пути. Есть только одно место...

— Корнуолл, — закончил Дэвид. — И ваш любимый предок.

— Тогда... тогда он не может быть одним из злодеев.

— Похоже, что так. И тут обретает смысл еще одна часть загадки. Вы говорили, он попросил вас приехать с ним повидаться, «пока он жив», или что-то в этом роде. Он умирает? Или серьезно болен?

— Почему... Я не знаю. Я думала, это такая общая сентиментальная фраза; он очень стар.

— Он мог перенести сердечный приступ, или болезнь, или почувствовать что-то серьезное, что заставило его написать вам. В тот момент он мог быть на последнем издыхании.

— Наверно, мог, но...

— Никаких «но». — Дэвид отбросил одеяло. — Быстро собирайте вещи. Мы немедленно едем в Корнуолл.

Дорога в Корнуолл — или, вернее, первая ее часть — расстилалась впереди, открытая и прямая. Дэвид ехал намного быстрее, чем следовало, восхищаясь вслух своим талантом уходить от врага. Джесс согнулась над картой дорог, бормоча:

— Мы должны проезжать через Гластонбери. Может, у нас будет время еще раз посетить...

— Не будьте идиоткой. — Дэвид догнал и обошел «фольксваген». — Мы держим путь... а кстати, куда?

— В Корнуолл.

— Корнуолл большой. Где именно в Корнуолле стоит этот дом?

— Недалеко от Сент-Айвса. Я запомнила это по детским стишкам.

— Ладно, значит, нам ехать почти в конец полуострова. Не важно, мы проделаем весь путь без остановок, так что забудьте о достопримечательностях. Свой лимит вы уже полностью исчерпали.

— Один — ноль в пользу кузена Джона, — ехидно заметила Джесс. — Он показал мне много красивых мест.

— И вы знаете, с какой целью.

— Меня не интересует, с какой целью. По крайней мере, я немножечко посмотрела на Англию перед смертью. Которая — ой, осторожно! — может прийти очень скоро. Я погибну в автомобильной катастрофе.

Дэвид дал понять, что обиделся, насупившись и выпятив челюсть. Какое-то время они ехали молча, и Джесс любовалась мирными лугами с пасущимися овечками и похожими на облака яблонями в пышном цвету.

Это благоговейное расположение духа было нарушено яростными проклятиями Дэвида; он оказался в хвосте колонны грузовиков, безмятежно продвигавшихся со скоростью тридцать миль в час.

— Что за спешка? — лениво поинтересовалась она. — Мы же видели, как они понеслись из Бата в противоположную сторону.

Дэвид просветлел.

— Да, это было весьма умно с нашей стороны — караулить их возле отеля, дожидаясь отъезда, пока они выйдут, чтобы они решили, что мы едем следом за ними! Интересно, куда бы они нас сейчас завели? В Глостер? В Оксфорд? В Шотландию?

— А мне интересно, скоро ли они сообразят, что мы не едем следом за ними.

Усмешка Дэвида испарилась.

— Вот именно.

— И вам не следовало останавливаться в том городке для заправки, — продолжала Джесс. Быстрая езда заставляла ее нервничать, а когда она нервничала, то приходила в критическое расположение духа. — Рад-сток, вот как он назывался. Если им станет известно общее направление, они догадаются, куда мы едем.

Грузовики повернули к стройплощадке, и Дэвид стал набирать скорость. Ветер растрепал волосы Джесс, они закрывали ей лицо. Что касается лица Дэвида, оно вытянулось точно так же, как у задумчиво жующих жвачку овец, которые изумленно глядели из-за ограды, как они вихрем проносятся мимо.

— Джесс, посмотрите еще раз на карту. Есть там из Уэльса какая-нибудь дорога поменьше, которая не проходила бы через Гластонбери?

— Есть маленькая узенькая ниточка, — доложила Джесс через некоторое время, — к городу под названием Бернем.

— Знаю я эти маленькие узенькие ниточки, — пессимистично произнес Дэвид. — Черт. Давненько я не заезжал так далеко на запад. Полагаю, нам лучше остаться на главном шоссе. Если мы не хотим чересчур отклоняться от цели, у нас практически не остается выбора, пока не доедем до Таунтона или Бриджуотера. А Корнуолл — настоящий лабиринт, там можно скрыться.

Он ринулся через глухую разделительную полосу, словно дальнейшее промедление было смерти подобно. Джесс закрыла лицо руками и не открывала до тех пор, пока резкий поворот машины не подсказал ей, что они вернулись на свою полосу.

— Возможно, разумно было бы изменить внешность, — сказал Дэвид, довольный, что им удалось избежать гибели. — Как, по-вашему, я буду выглядеть с бородой?

— Как поросший карликовыми соснами Маттерхорн [40] .

— Вечно вы портите другим настроение. Тогда вы станете чопорной компаньонкой в очках, а я — сварливой старой леди, таким свирепым матриархом с римским носом.