— Вообще, милочка, скажу вам как настоящая леди — настоящей леди, в одноместный номер следовало бы запихнуть вас, потому что мы прибыли раньше. Ну, или по крайней мере бросить монетку — кому повезет. Да ладно. Пользуйтесь моей добротой. К тому же мой Хавершэм не храпит по ночам! — Она придвинулась вплотную. — Можете меня не благодарить. Лучше заходите, пропустим рюмочку-другую, что скажете на это, а, леди Келлер?

— Но я не пью! — вытянулась во весь свой рост несчастная леди Келлер.

— Да ну-у? — недоверчиво протянула Изабель.

Муж леди Келлер издал короткий смешок. Изабель повернулась к нему и понимающе подмигнула — точь-в-точь как Дейзи из театра незабвенного Антонио. Затем снова ткнула пальцем в плечо окаменевшей леди Келлер.

— Вы обязательно должны посмотреть, как я играю, когда нернетесь в Лондон. Так и быть, я устрою вам бесплатные контрамарки. Подъезжайте прямо к служебному входу, скажете, что вы ко мне, и вас пропустят — я договорюсь!

— Пойдем, любовь моя, — поспешил увести ее Терренс, заметив, что пунцовое лицо леди Келлер начинает медленно синеть.

Изабель победно вскинула голову и поспешила за своим покровителем.

— О, дьявол! — восхищенно воскликнул Терренс, крутя в руке ключ от комнаты, пока они шли вместе с Изабель по длинному гостиничному коридору. — Тони ни за что не поверит, когда я ему расскажу! Ну и спектакль ты закатила! Просто блеск!

Изабель рассмеялась в ответ.

— Я и сама не ожидала от себя такого! Оказывается, в жизни куда проще играть, чем на сцене!

— Сцена пугает, — согласился Терренс, останавливаясь возле нужной двери. Он вставил ключ в замочную скважину и повернул его. — И этот страх не так-то просто преодолеть!

Терренс распахнул дверь и сделал приглашающий жест рукой.

Изабель замерла на пороге. Сердце ее ушло в пятки, и она никак не могла заставить себя войти внутрь комнаты. Их с Терренсом комнаты.

— Изабель! — окликнул ее Терри и нахмурился. — Изабель, в чем дело?

Она глубоко вздохнула.

— Говоришь, сцена пугает?

Он внимательно посмотрел на нее и мягко сказал:

— Не нужно меня бояться, Изабель. Я прекрасно знаю, что ты — леди. Настоящая леди. И обещаю тебе, что не сделаю впредь ничего без твоего предварительного согласия.

— Я верю… — тихо прошептала Изабель.

Действительно, до сих пор Терренс вел себя очень корректно. Ну, разве кроме одного раза. И все-таки, насколько она может верить его словам? До каких пределов может на него положиться? Глаза Терренса потемнели.

— Что же касается того случая на сцене…

— Пожалуйста, не надо об этом! — быстро сказала она.

— Надо, — твердо ответил он. — Я хочу, чтобы ты знала: это не повторится!

— Я верю тебе, — кивнула Изабель и смутилась. — Я тоже постараюсь, чтобы это больше не повторилось!

Почему-то Терренсу показалось, что в ее глазах мелькнуло сожаление.

— Мы… Мы тогда просто играли то, что было написано в пьесе!

— Да, — кивнула Изабель и повторила как эхо: — То, что было написано в пьесе.

— И это нельзя воспринимать всерьез.

Терренс глубоко вздохнул. Ему нелегко далось это объяснение.

— Ну а теперь, когда ты знаешь, что это не повторится, может быть, ты войдешь внутрь?

— О да, — спохватилась Изабель, — конечно.

Он облегченно вздохнул.

— Представь себе, что я твой брат, ладно? Так тебе будет легче.

— Что ты вроде как Джош? — переспросила она и кивнула. А что, это и впрямь может помочь. — Да, ты это хорошо придумал.

Терренс улыбнулся и протянул руку, чтобы скрепить этот союз.

— Договорились?

— Договорились, — рассмеялась она, подавая ему руку.

Их пальцы соприкоснулись, и словно электрическая искра пронзила все тело Изабель — с головы до пят. Терренс задержал ее руку в своей еще на мгновение, а затем отпустил.

— А я буду думать, что ты моя сестра, — пообещал он не слишком уверенным тоном.

— Твоя сестра, — повторила Изабель и, вздохнув, решительно шагнула через порог.

Да, она постарается видеть в Терренсе брата, хотя Изабель плохо представляла, что из этого получится.

«Терренс и впрямь чем-то похож на Джоша», — подумала Изабель, сидя на полу и глядя на сидящего напротив нее Терренса. В номере, который обычно снимал в гостинице Терренс, обстановка была весьма скудной — лишь кровать и один стул. Воспитание не позволяло ни одному из них сидеть на постели в присутствии постороннего. То же самое относилось и к стулу — ведь он был один! И они устроились прямо на полу, на вытертом многими постояльцами ковре.