— Он нам всех раков до самой Нью-Айбирии распугает, — пробормотал он.

— Все зависит от того, какой вы охотник, — вызывающе сказала она.

— Если ловишь раков с самого детства, чтобы было что кушать, то поневоле станешь хорошим.

Лорел ничего не ответила, продолжая наблюдать, как он насаживал наживку на сети, используя для этих целей рыбьи жабры и куриные шейки. Он вырос в бедной семье. Как многие в Луизиане. Но нотки горечи, которые она услышала в его голосе, тронули ее, больше, чем она сама того ожидала.

Могло же быть в жизни так, что ты родился бедным, но счастливым. После смерти отца Лорел часто предлагала Богу забрать у нее все ее игрушки, все нарядные платья, но только чтобы у нее были такие родители, которые бы любили ее и Саванну больше, чем свое богатство.

Она знала много детей, родители которых работали в Бовуаре. Все они были бедны, но это не мешало им целовать и тискать своих детей. Кейджуны вообще не были меркантильными и отличались большой привязанностью к своим семьям. Но она подсознательно чувствовала, что семья Джека не принадлежала к их числу.

В Лорел проснулось любопытство, но она не стала ни о чем спрашивать.

Вместе они закинули сети и распределили их на некотором расстоянии друг от друга. Джек действовал быстро и ловко, все движения его были отработаны годами. Лорел постоянно цеплялась ногами за «крокодильи» водоросли, которые переплетались с нежными желтыми кубышками и водяными лилиями. Место, которое она выбрала для своей сети, было неудачным. Оно заросло бледно-лиловыми водяными гиацинтами, и сеть в них запуталась.

— Да-а, — сухо протянул Джек, неожиданно оказавшись рядом с ней, и Лорел сразу почувствовала запах его разгоряченного тела. — Я вижу, что ты привыкла есть раков, купленных в магазине.

Лорел взглянула на нее с оскорбленным видом.

— А вот и нет. Чтобы вы знали, я это делала не раз.

Просто мне не приходилось заниматься этим последние пятнадцать лет, вот и все. —

Джек еще раз установил сеть и помог ей выбраться на берег, не давая запутаться в камыше и корнях деревьев. Когда они оба вышли на твердую почву, он с сомнением посмотрел на нее.

— Я видел дом, в котором ты выросла, сладкая. Не могу себе представить, что вы часто бродили по болотам.

— Значит, вы просто законченный сноб, — сказала Лорел, снимая резиновые сапоги и с облегчением ступая босыми ногами на мягкую землю. — Нас брал сюда наш отец.

Она облокотилась на джип и устремила свой взгляд на реку, вспоминая более счастливые времена. На дальнем берегу в тени лиственных деревьев, покрытых мхом, и раскидистых ив росли дикие ирисы и пышный папоротник. На более открытых местах, куда попадали солнечные лучи, мелькали ромашки и белоголовые маргаритки. Где-то около ручья трудолюбивый дятел долбил ствол дерева в поисках пищи, распугивая птиц со своих насиженных мест в молодняке. Взад и вперед летали маленькие голубые и ярко-желтые птички.

— А что с ним случилось? — мягко спросил Джек, напомнив себе, что именно по этой причине он взял ее сюда. Чтобы побольше узнать о ней, а не смотреть на ее лицо, когда она любовалась рекой. Это уже дело второе. Его основная забота — работать на себя.

Эмоции захлестнули Лорел, в горле встал комок, который мешал говорить.

— Он умер, — прошептала она. Непрошеные слезы затуманили буйную зелень на противоположном берегу.

— Его убили… несчастный случай… на тростниковых полях…

Одно ужасное, непоправимое мгновение, и вся жизнь их необратимо изменилась.

Джек увидел, что грусть, как вуаль, опустилась на ее лицо. Он сразу же забыл о своих корыстных намерениях узнать как можно больше о ее прошлом. Сам того не сознавая, он придвинулся к ней, обнял за плечи и нежно прижал к себе.

— Эй, сладкая, — шепнул он ей, дотрагиваясь губами до ее виска. — Не плачь. Я не хотел тебя расстроить. Я привез тебя сюда, чтобы тебе было хорошо.

Лорел с трудом удержалась, чтобы не прижаться к нему. Вместо этого она распрямилась, стараясь справиться со смущением, зарумянившим ее щеки.

— Все в порядке. — Она всхлипнула и покачала головой, улыбкой стараясь прогнать слезы. — Просто на меня что-то нашло. Все в порядке.

В подтверждение своих слов она кивнула головой, как бы убеждая в этом если не Джека, то себя саму.

Краем глаза он наблюдал за ней. Очень крепкая по натуре, не раскисает, старается держаться. Она настоящий борец. Он понял это не только сейчас, а когда читал о ней в газетах. Судя по ним, а он прочитал подшивку за год, она шла напролом, упорно пытаясь вывести на чистую воду виновных во время процесса в округе Скотт. Она заставляла работать засучив рукава всех своих сотрудников, сама работала не меньше в надежде, оказавшейся тщетной, наказать виновных и свершить правосудие.