Торговцы жаждали получить вознаграждение, обещанное Скай, и через неделю все заказы были уже в доме. Все было лучшего качества — Скай предупредила, что не возьмет подделок. Она не подозревала, что многие вещи были сделаны для других, и теперь заказчикам придется ждать их еще несколько месяцев.

Скай спешила из комнаты в комнату, показывая, как драпировать, куда ставить мебель, вешать ковры и картины. Наконец комнаты стали приобретать жилой облик, и довольная хозяйка прошлась по дому. Было уже далеко за полночь, и слуги валились с ног. Скай не пропустила ни одной комнаты и осталась удовлетворенной.

Дубовая мебель сияла блеском, который ей придали чистый пчелиный воск и рука человека. На темные доски пола постелили турецкие ковры, что было непривычно для Англии, где даже в богатых домах продолжали использовать тростник и травы. На стенах повсюду красовались гобелены и картины — капитан Смолл разнюхал, что обедневшие семейства собираются потихоньку продать эти вещи, и скупил их. Тяжелые бархатные шторы и занавеси из шелка висели на окнах На стенах сияла медь, в шкафах сверкало серебро. Все говорило о богатстве и вкусе хозяйки.

Покидая комнаты, Скай тщательно задувала восковые свечи — из-за запаха она не разрешала пользоваться сальными даже на половине слуг. В каждой комнате стояли вазы с ароматической смесью, от близкой воды иногда тянуло гнилостным запахом.

Скай вернулась в свои покои и нашла там Дейзи, которая приехала несколько дней назад и теперь дремала у огня. Завидя хозяйку, девушка вскочила.

— Дейзи, тебе вовсе было не обязательно дожидаться меня. Но раз уж ты здесь, расшнуруй меня и иди спать.

— Ничего, госпожа, — проговорила Дейзи, помогая хозяйке снять платье и нижние юбки. Она отнесла одежду в гардеробную и налила из чайника на очаге теплую воду в глиняный кувшин. — Вы уверены, мэм, что я вам больше не нужна?

— Нет, Дейзи. Иди в кровать.

Маленькая служанка быстро удалилась. Скай села. Тщательно и не спеша скатала тонкие шелковые чулки. Потом нагая прошла через комнату и, нежась, намылилась любимым дамасским розовым мылом. Умывшись, накинула на себя расшитый бледно-голубой халат, затушила свечи и, расположившись у окна, стала смотреть на реку.

Луна серебрила воду. Она заметила, как к пристани через два дома от ее подошла лодка. Из нее выбрались мужчина и женщина. Не спеша они прошли через сад, долго целовались у дверей и наконец скрылись внутри. Скай побрела к кровати и всю ночь плохо спала. Увиденная ею романтическая сцена пробудила беспокойство, вызвала в теле боль. Впервые со смерти Халида Скай захотелось, чтобы ее любил мужчина. Она встала с кровати, тихо плача, прошла в гостиную, взяла из шкафчика ягодную настойку и, сев у окна, пила ее, пока ее не свалил сон.

По соседству хозяин небольшого дворца тоже бодрствовал. Граф Линмутский возбужденно вышагивал по своей спальне, едва веря в удачу. Прекрасная сеньора Гойя дель Фуэнтес оказалась его соседкой, и к тому же он нашел способ одержать победу над Гренвиллом. Граф усмехнулся. Он окажет леди все знаки почтения, но если она не сдастся до Двенадцатой ночи, он найдет возможность овладеть ею.

Граф Линмутский не скупился на развлечения. Его вечеринки были знамениты во всем городе. Он только что приехал в Лондон, чтобы проверить, как подготовлен дом к Рождеству и Двенадцатой ночи. Сама королева собиралась присутствовать на его праздниках, включая костюмированный спектакль на Двенадцатую ночь. И тут Джеффри с удивлением узнал, что хозяйкой маленького домика в конце Стрэнда является сеньора Гойя дель Фуэнтес, и с интересом наблюдал, как приводят в порядок ее дом. Знаток изысканного, он оценил ее вкус, видя, как торговцы подвозили купленные ею вещи.

И вот настало время сделать первый шаг к завоеванию леди. Сначала он станет за ней нежно ухаживать, но если понадобится, пригрозит оглаской. Невероятное везение позволило ему открыть настоящую историю Скай. Граф владел одной третью корабля, совершавшего торговые рейсы на Ближний Восток. Интересы дела привели его на борт, и из окна капитанской каюты он увидел Роберта Смолла.

— Кто этот человек на соседнем корабле? — спросил он у шкипера Брауна..

— Это капитан Роберт Смолл из Бидфорда на своей «Наяде», — ответил тот.

Моряк затянулся из трубки, потом не спеша выпустил синие клубы в воздух:

— Робби Смолл — чертовски везучий парень, милорд Ему вовсе не обязательно выходить в море. Он человек обеспеченный и родился джентри. Но море — такая шлюха, если уж залезет в душу, ни за что не избавишься.

— Он получил большое наследство? — продолжал расспрашивать граф.

— Нет, его состояние было совсем незначительным до тех пор, пока он не сделался партнером Алжирского Сводника Халида эль Бея Как они сошлись, не знаю, но верно, что стали друзьями и Бей помог Робби в нескольких предприятиях. А когда капитан и вовсе встал на ноги, они сделались партнерами. И оставались ими больше десяти лет.