Магрубет, ощутив внезапно сильный голод, набросился на лепешку. Он сжевал ее моментально, запив прохладным, слегка вяжущим, неразбавленным вином. Ахарон поманил рукой продавца вина. Тот подошел и снова налил в чашки из бурдюка.

Лепешки исчезали одна за другой. Старик подходил, аккуратно наливал вина и отходил в сторону, терпеливо ожидая. Друзья насыщались долго и, разом закончив, вдруг необычайно повеселели.

— Фараон Яхмос, говоришь! — воскликнул Магрубет и, повалившись на спину, расхохотался диким смехом.

— Хиан Третий! — в тон ему крикнул Ахарон и также с хохотом упал на землю.

Вдоволь насмеявшись, они опять уселись и подозвали к себе старика. Когда Ахарон, чтоб расплатиться, вытащил из-за пазухи мешочек с серебрениками, Магрубет запустил в него руку и сколько набрал в горсть, протянул старику. Ахарон значительно хмыкнул и, поспешно завязав мешочек, спрятал его обратно.

— Пусть это будет во славу Сутеху, на радость доброму старикашке, — сказал Магрубет.

— Пускай будет! — согласился Ахарон. Когда старик ушел, повторяя на каждом шагу благодарения молодым господам, Магрубет бодро посмотрел на Ахарона и спросил:

— Так что ты мне хотел рассказать о фараоне Яхмосе?

— Ты сейчас в Аварисе, где правит Хиан Третий. Там у себя, в Пилистиме вы, наверное, ни о ком другом и не слыхали. Привыкли, что с вами все время имеет дела этот фараон, — выпалил Ахарон и, немного выждав для убедительности, продолжал спокойнее: — Это фараон гиксосрв, а в Египте уже давно стал свой фараон.

— Яхмос?

— Нет. До него начал войну с гиксосами еще славный Камее. Война эта идет уже многие годы. Гиксосы теперь владеют совсем малыми землями Египта, но они запирают нынешнему фараону Яхмосу выход к другим странам и, в частности, к вашему Пилистиму.

— Мы в Палистане всегда знали, что в Египте неспокойно и идет многолетняя смута, но мы считали, что единственный законный фараон это тот, что в Аварисе.

— Нет. Этот уж, наверное, доживает свои последние дни на троне. Говорят, что его приглашал приехать навсегда к своему двору хеттский табарна Мурзил. А Яхмос, фараон из Уасета, скоро подступит сюда со своим войском. Видишь, как Хиан спешит с обороной?

Всем моим родичам, потомкам Еше Роила, давно уже пришлось перебраться под власть фараона Яхмоса. Если бы ты приехал на две луны попозднее, едва ли бы ты и меня застал здесь в Аварисе.

— Скажи, а видел ты сам когда-нибудь фараона Яхмоса? Как он выглядит? — с надеждой спросил Магрубет.

— Конечно, видал! Вот так же, как тебя сейчас. Масар имеет доступ ко двору через важных людей Яхмоса. Он знает все ходы и выходы в Уасетском дворце. Он водил нас к фараону с прошением. Тогда я и видел там Яхмоса. Это человек большой и здоровый на вид. А лет ему тридцать пять — тридцать семь. Он храбрый воин и сам лично водит свои войска в бой.

— Ладно! Достаточно! Все ясно! — прервал Магрубет своего весело настроенного друга.

Лицо и шея Магрубета медленно наливались кровью, а зубы издавали такой скрежет, что Ахарон испуганно смолк.

— Какой я дурак! — Магрубет сидел на земле, охватив голову руками, и раскачивался в отчаянии из стороны в сторону. Затем поднялся и сказал Ахарону: — Поехали в Уасет! Бросай ты тут все… Через пять дней в условленном месте полночью возле берега меня будет ждать Амути на своем корабле и мы отправимся с ним в Менефр, а оттуда я — в Уасет.

— Я согласен, — поспешил сказать Ахарон. — Как все-таки хорошо, что ты не полез на эту проклятую стену.

Когда шли домой, Магрубет, до этого все молчавший, вдруг спросил Ахарона:

— Послушай, друг. Я хочу задать тебе несколько вопросов. Во-первых, почему ты с уверенностью говоришь, что я из Палистана?

— Видишь ли… Здесь в Аварисе я самый главный из нашего племени. Шесть дней назад ко мне пришел Масар, больной и печальный. Он передал мне от самого Еше Роила секретное уведомление о том, что из Палистана в Уасет едет какой-то человек, чтоб убить фараона Яхмоса и что ему следует оказать содействие. Когда же появился ты со знаком Аму-ти, я совершенно не подумал, что ты — тот самый человек. Тем более, что ты добирался до фараона Хиана. Я подумал, что тебя подослал фараон Яхмос…— Ахарон замялся, но глаза его глядели искренне и преданно.

— Хорошо же ты обо мне думал! — прервал его Магрубет. — Неужели я похож на шпиона или на наемного убийцу?

— Нет, конечно! Ты не похож! Оттого-то я и ломал голову, зачем такому человеку понадобилось идти на верную смерть. Теперь-то я понял, что ты хочешь убить Яхмоса. Но все равно я отказываюсь понимать, зачем ты ставишь на карту свою голову.

— Моя голова…— усмехнулся Магрубет. — А почему же ты не пожалеешь голову фараона Яхмоса, который, говоришь, приютил у себя ваших сынов ешероиловых? Наоборот, ты должен даже оказывать мне содействие…