– Значит, они не разрешают ему выйти в море. Ты видел Рейна?

– Нет, хотя дважды взбирался на марс.

Раджин свернулась у его ног, и он погладил голову зверя.

– Если мы решим пристать к берегу, сколько до него ходу?

– Часа четыре.

– Все равно вы собирались зайти в порт… иначе бы не подошли так близко.

– Я подумал, что… если вы с ним встретитесь…

– Темпл, в вашей груди бьется сердце романтика.

– Одно ваше слово, и я вырву его из груди. Мне нужно поддерживать свою репутацию.

– Насколько мне известно, это не та репутация, которой стоит гордиться.

Темпл слегка покраснел и спросил:

– Что нам делать?

– Вы спрашиваете меня?

– Конечно. Вы здесь жили.

– Ребенком и…

– Может, у Опекуна иссякли все идеи?

Вызов, прозвучавший в его словах, заставил Микаэлу выпрямиться.

– Причальте к берегу с восточной стороны, подальше от «Императрицы». Не нужно, чтобы кто-нибудь обратил внимание на однотипные суда. – Она подошла к свертку Вивы и на секунду умолкла, развязывая его. – В команде есть марокканцы?

– Кажется, двое.

– Хорошо. Расскажите им все, что нам известно, и отправьте на берег. Пусть поспрашивают.

Темпл улыбнулся, он видел, что у нее складывается какой-то план.

Микаэла вытащила мешочек Авроры. Несколько дней назад она достала оттуда черный пузырек, однако не тронула пакетики с травами и монеты. Пока. Может, их хватит…

– Немного, – насмешливо передразнила она, высыпав на ладонь золотые соверены и блестящие камни. Что же тогда, по мнению Авроры, «много»?

– Дайте вашим марокканцам. – Она бросила Темплу один соверен. – Пусть наймут самую роскошную карету.

Микаэла встряхнула платье. Ну и Вива! Такой дорогой наряд из черного муара, расшитый серебряными нитями и бисером.

– Что вы задумали? – спросил Темпл.

– Британских солдат, охраняющих корабль, не так просто уговорить. Они выполняют приказ. Мы должны выяснить, кто его отдал. Их присутствие у трапа означает, что они надеются схватить Рейна, когда он попытается взойти на борт, или его уже схватили и они не хотят, чтобы кто-нибудь увиделся с ним.

– Зачем он здесь?

Теперь уже не имело смысла хранить тайну, да и Темпл слышал их спор. Микаэла рассказала.

– Думаете, за всем этим стоит его родной отец?

– Без сомнения.

Тот человек и раньше пытался навредить Рейну, и это была одна из причин, по которой она хотела бы отыскать и наказать его.

– Что нам делать, когда найдем его?

– Тогда за дело возьмусь я. Взгляд Темпла скользнул по ее телу.

– Не очень-то у вас много сил.

Микаэла хитро улыбнулась:

– Моя сила в том, что я единственная родственница Ричарда Дентона и бригадного генерала Этвела Дентона.

Молодой человек ухмыльнулся и повернулся к двери.

– Темпл!

– Мэм?

– Вы можете изготовить подделку?

– Какую именно?

– Печать графа Стенхоупа.

Черная блестящая карета ехала по набережной. К счастью, улица подходила к самому причалу, корабли швартовались совсем близко, и не придется идти через весь пирс. Микаэла постучала в крышу, с нетерпением дожидаясь, пока лакей откроет дверцу.

– Будьте осторожны. – Темпл передвинулся, чтобы можно было прицелиться из окна кареты.

Микаэла вышла из экипажа, Раджин выскользнула за ней и пристроилась рядом.

– Веди себя хорошо, – шепнула хозяйка. – Может, я разрешу тебе попробовать на вкус пару английских лодыжек.

Из кареты донесся смешок. Микаэла направилась к трапу, но дорогу ей тут же перегородили двое часовых с ружьями.

– В чем дело?

– Запрещено подниматься на борт.

– Это я вижу. Почему?

– Приказ полковника Киллера.

Ага, они несколько раз встречались, когда она была еще девочкой. Неужели это отец Рейна?

– Я хочу поговорить с капитаном.

– Нет, мисс.

Раджин зарычала, и часовые попятились.

– Могу я вызвать какого-нибудь начальника? Где ваш сержант? Или лейтенант?

Шерсть на загривке пантеры встала дыбом, преданное животное обнажило клыки. Часовые отступили. Солдат, толкнув локтем товарища, кивнул в сторону корабля. Время тянулось бесконечно, и Микаэла едва не свалилась в воду от изумления, когда появился Лилан.